Огромный каллистиец наблюдал за работой робота-пилота на мостике, в тот момент когда Андерс вышел из радиорубки. Великан вытянулся в струнку, и в его крошечных глазках блеснул огонек любопытства.

— Итак, командир, мы покинули Фридонию, — сказал Андерс. — Теперь мы должны догнать этот объект, который в «Эфемерисе» значился как сити астероида до того, как он взорвался и ушел со своей орбиты.

— Так он все-таки не сити, сэр? — Широкое глуповатое лицо командира расплылось в улыбке восхищения, которая скорее походила на невообразимую гримасу. — И наверное, марсианские агенты и их сообщники астериты создали там искусственную атмосферу и превратили планету в секретную базу, чтобы воевать против Мандата? Чертовски хитрую игру затеяли вы, капитан! — Его лицо выражало понимание и восторг. — Теперь понятно, почему вы отдали свою каюту этой астеритной подсадной утке!

Андерс старался не проявить своего смущения. Он протянул Протопопову сигарету и долго возился с зажигалкой, стараясь скрыть внезапно появившееся необъяснимое раздражение. Наконец, когда он овладел собой, он напряженно проговорил:

— Мисс О'Банион хорошо знает дрейф. Она на борту только в качестве пилота.

— Понятно, сэр. — Протопопов издал какой-то булькающий звук, похожий на усмешку. — Эй, капитан, у вас просто нюх на женщин!

— Командир, это очень опасная операция. — Андерс не смог сдержать дрожь в голосе. — Несмотря на помощь или информацию, которую мы можем получить от мисс О'Банион, мы должны быть готовы отразить любой удар при подходе к объекту или на нем самом. Мы должны принять все меры предосторожности.

— Вы очень умны, капитан.

— На корабле будут потушены все внешние осветительные приборы. Отвечать будем только на аварийные вызовы. Команда должна быть в состоянии боевой готовности двадцать четыре часа в сутки. Обзор перископа будет удвоен, температурный контроль, фотофон и парагравитационный детектор будут работать в режиме предельной чувствительности. Автоматчики будут нести круглосуточную вахту.

— Есть, сэр.

— Очень может быть, что мы встретим гвардейский крейсер, с которого были сняты пострадавшие космонавты. Теперь корабль, наверное, в руках врагов. При приближении любого судна немедленно информируйте меня и давайте сигнал тревоги.

— Есть, сэр, — донесся хриплый шепот.

— И еще, командир, мы должны быть готовы к другому столкновению — с «Прощай, Джейн». Землянин нахмурился и помолчал. — …Никогда не знаешь, чего можно ожидать от этих шахтеров, но они явно не на стороне компании, и мы должны в случае чего заставить их убраться из космоса.

— Есть, сэр! — Каллистиец опять расплылся в своей неприятной слабоумной улыбке. — Я хочу выразить восхищение вашей стратегией, капитан. Вы получите награды и солидную премию Интерпланет для всех нас!

Андерс оставил командира на мостике, позавтракал в одиночестве в крошечной кают-компании и отправился вздремнуть в штурманскую рубку — он и не думал осуществлять свой грозный план эвакуации.

Весь этот день и большую часть следующего, пока корабль преследовал едва заметную серую точку идущего впереди объекта, Андерс с нетерпением ждал новостей о пострадавших. Он знал, что они должны прийти в себя, по крайней мере, они будут в состоянии назвать себя и свое судно. Даже если фон Фалькенберг обнаружил шпионов Интерпланет и заставит их молчать, его корабль должен приземлиться в полдень. Но полдень прошел. Было пятнадцать ноль-ноль по Мандатному времени, когда Андерса наконец вызвали в радиорубку для секретного разговора с Верховным Комиссаром.

— Андерс слушает, сэр. — Он был один в звуконепроницаемой комнате. — Что слышно о тех людях, сэр? — Его голос срывался от нестерпимого напряжения. — У вас есть новости с «Персея»?

Он долго ждал, пока наконец не услышал приглушенный и хрипловатый голос Худа.

— Хороших новостей нет, капитан. Похоже, что это страшная катастрофа для компании, хотя подробности еще не известны. Ваши жертвы проснулись и говорили с фон Фалькенбергом. Не знаю, что они ему сказали, но он восстал против нас. Он развернул свой корабль, открыто игнорируя приказ приземлиться здесь. Он идет вслед за вами с этими людьми на борту — причем все еще живыми людьми.

— Потому что на «Персее» произошло столкновение. Венера и Советы имели своих агентов на борту. Кажется они объединились с нашими агентами, когда фон Фалькенберг повернул корабль. Они пытались захватить корабль. Взяли капитанский мостик. Они достаточно долго держали в своих руках систему коммуникации и успели передать неполное сообщение о том, что происходит — но даже тогда, наши люди отказались назвать пострадавших и причину столкновения. Полагаю, что их союзники не совсем доверяют компании.

— Вероятно, проснувшиеся поддерживают фон Фалькенберга. Непонятно, что произошло, но мне кажется, что один из них сломил сопротивление верных нам людей на капитанском мостике при помощи сити оружия. Затем марсиане запустили аметин в вентиляционные трубы и расправились с теми, кто был в радиорубке.

— Последнее, что мы слышали, был голос нашего главного агента. Уже теряя сознание он сказал, что наши потерпели поражение, что фон Фалькенберг захватил корабль и следует за вами, с целью заполучить сити подставку. Он пытался еще что-то сказать, но был уже не в состоянии произнести что-либо членораздельное.