Так как леса Алеби-ленд главным образом состоят из красных и каучуковых деревьев, то наместник ничего определенного и не узнал.

Четырнадцать дней спустя они достигли маленького прибрежного городка, где находилась резиденция Сандерса.

Пережить в Центрально-Западной Африке одно разочарование за другим, возвратиться кое-как к исходной точке экспедиции, напрочь позабыв как о тяготах похода, так и о двух убийствах, переступить порог вполне комфортабельного дома и — оказаться вдруг лицом к лицу с человеком, о котором твердо знаешь, что он сидит в камере одной из тюрем Англии — о, это кого угодно лишит самообладания! Именно это произошло с двумя негодяями, когда они увидели Сноу в гостиной дома наместника.

Они молча посмотрели друг на друга, причем оба исследователя не обнаружили больше на лице Сноу его обычной лукавой улыбки. Он был совершенно серьезен.

— Что вы сделали с Сеттоном? — спокойно спросил он.

Они не ответили. Сноу повторил свой вопрос.

— Он умер, — ответил, наконец, Уайтей. — Он умер от лихорадки. Это очень печально, но умер…

Уайтея впервые в жизни охватил гнетущий страх. В голосе Сноу звучал какой-то непонятный повелительный тон, будто он вдруг взял на себя роль судьи. Ни Уайтей, ни Ламбэр никак не могли осознать, что человек, требующий у них объяснений, был тем же самым, которого они видели на вокзале в арестантском халате!

— Когда он умер?

Они ответили торопливо и одновременно.

— Кто его похоронил?

Снова они заговорили вместе.

— У вас ведь были с собой два туземца… Вы им ничего не сказали? Вы даже не приказали вырыть могилу?

— Мы сами его похоронили, — Ламбэр снова обрел дар речи, — потому что он был белым и мы тоже белые — понимаете?

— Понимаю.

Он достал со стола лист бумаги. Они увидели на нем набросок какой-то местности и угадали, что это место их изысканий.

— Покажите место, где вы его похоронили. — Сноу положил карту на стол.

— Нечего показывать! — к Ламбэру вернулось самообладание. — Сноу, что вы себе позволяете? Кто вы такой, черт вас возьми, что позволяете себе допрашивать нас? Какой-то беглый каторжник…

— Что это за разговор о каком-то алмазном поле? — продолжал Сноу свой допрос тем же бесстрастным тоном. — Правительству ничего неизвестно о таком поле — или потоке. Вы заявили наместнику, что нашли алмазное поле. Где оно?

— Пойди сам и поищи, — вскипел Уайтей, — наглец! Мы никого не расспрашивали, а пошли и нашли!

Он широко пошагал к выходу. На пороге обернулся и угрожающе бросил:

— Мы завтра покинем берег и первое, что мы сделаем по прибытии в цивилизованную гавань — это заявим о вас… поняли? Нечего арестантам шататься по британским владениям!

На лице Сноу заиграла улыбка.

— Мистер Уайтей! — сказал он мягко, — вы завтра не покинете берег. Пароход уйдет без вас.

— Вот как!

— Пароход уйдет без вас, — повторил он. — Без Уайтея и без Ламбэра.

— Что вы хотите этим сказать?

Сноу взял со стола карту и указывая на место, помеченное крестиком, сказал:

— Где-то здесь, вблизи высохшего русла реки умер человек. Я хочу иметь доказательства его смерти и знать все подробности, прежде чем я вас отпущу…

Каким-то необъяснимым инстинктом преступники всегда чувствуют, что перед ними — представитель власти.

— Что вы этим хотите сказать, мистер Сноу? — спросил Уайтей, катастрофически теряя самоуверенность.

— То, что сказал, — ответил тот спокойно.

— Не думаете же вы, что мы его убили!

Сноу пожал плечами.

— Мы это так или иначе узнаем, прежде чем вы нас покинете. Я отправил людей к тому месту, где, как вы утверждаете, закопали Сеттона. Вашему переводчику нетрудно будет найти это место. Он уже в пути.

Ламбэр побледнел, как смерть:

— Мы ему ничего не сделали, — пробормотал он.

Сноу улыбнулся.

— Это мы узнаем.

Выйдя из дома наместника, Ламбэр внезапно схватил своего спутника за руку.

— Предположим, — Ламбэр задыхался. — Предположим…

— Что?

— Предположим, что какой-нибудь случайный туземец его убил! Ведь обвинят-то нас!

— Ах ты, Господи, об этом я и не подумал…

Последующие дни были полны тревожного ожидания. Компаньоны избегали попадаться на глаза Сноу, избегали Сандерса, вообще избегали каких бы то ни было контактов. Все же они узнали, что Цинтия Сеттон находится в резиденции наместника. Цинтия мужественно выслушала осторожное сообщение Сноу о случившемся с ее братом. Бледная, опустошенная, она бродила по окрестностям резиденции. Она подсознательно ждала… Чего? Чуда? Так или иначе, пока Сноу находился рядом, ее не покидали остатки надежды.