Даже в больнице, перебирая бумаги в кабинете отца, Китти пыталась навести справки о медсестре, с которой у отца был роман, но натолкнулась на глухую стену молчания. Его коллеги либо ничего не знали… либо не хотели говорить. Бумаги отца свидетельствовали лишь о его самоотверженном труде и заботе о своих сотрудниках.

Разговор с Алекс на прошлой неделе, казалось, вот-вот приведет к разгадке. Но Алекс, видно, решила подождать с признаниями. Приняв помощь от Китти и Дафны, она послала им по почте благодарственное письмецо. После этого от нее ничего не было слышно. Может, Алекс стыдно, что она заняла деньги у сестер? Или есть еще какая-то причина?

Сестра что-то скрывает, это очевидно. У Алекс есть подозрения или же ей известно недостающее звено головоломки? «Пора нанести сестре визит», – подумала Китти. У Уиллы сегодня выходной, но на часик-другой отлучиться можно. Пусть Роджер пока присмотрит за кафе.

Китти выключила духовку и прикрыла чистым полотенцем только что испеченные пирожки.

– Они горячие, не трогайте их, – предупредила она детей. – И оставьте чуть-чуть клубники для пирожных.

Кайл лукаво улыбнулся и сунул ягодку в испачканный соком ротик, а Дженни весело рассмеялась, раскачиваясь на стуле.

Глядя на них, Китти просияла. «Если бы Дафна переехала в Мирамонте, я чаще общалась бы с племянниками. Мы собирались бы вместе на Рождество, на День благодарения, на Пасху…»

Поднявшись к себе в комнату, Китти легла на постель и начала звонить Алекс. Но трубку взяла Лори и сказала, что мамы нет дома. Потом шепотом добавила:

– Она поехала домой.

– Домой к бабушке? – изумилась Китти. Что там делает Алекс? Расследование уже закончено, но ведь там надо прибраться.

Племянница между тем продолжала:

– Это уже не в первый раз, тетя Китти. Она ходит туда почти каждый день.

– О Господи! – в ужасе пробормотала Китти. – Но зачем?

– Говорит, чтобы полить цветы, – с сомнением ответила Лори.

Китти не на шутку встревожилась, но не стала пугать племянницу.

– Ты же знаешь маму, она считает своей обязанностью поддерживать порядок в доме. Я сейчас съезжу туда и посмотрю, не нужна ли ей помощь.

Лори с явным облегчением отозвалась:

– Конечно, тетя Китти. – И снова добавила шепотом: – Папа очень за нее волнуется. Но мама убьет меня, если узнает, что я сказала ему об этом.

Схватив сумочку, Китти кинулась вниз, в зал кафетерия. Дафна сидела у окна одна – Роджер уже ушел. Она перебирала блоки «Лего», подперев подбородок рукой. Глаза ее покраснели от слез.

– Не помешаю? – тихо спросила Китти. – Или тебе хочется побыть одной?

Дафна слегка улыбнулась:

– Сейчас я больше всего хотела бы очутиться на необитаемом острове и прожить там лет двадцать. Может, за это время мне удастся все обдумать и понять.

– Что именно?

– Свою жизнь.

– Твою жизнь или… твои отношения с Роджером?

Дафна покраснела.

– Неужели это так очевидно?

– Просто я слишком хорошо тебя знаю. Едем со мной – так ты отвлечешься от грустных мыслей. Алекс в беде.

– Она снова наделала долгов?

– Нет, на этот раз все гораздо серьезнее и может закончиться психиатрической лечебницей.

Дафна в ужасе уставилась на сестру.

– Почему же ты мне раньше ничего не сказала?

– Я сама узнала об этом только что из разговора с Лори. По ее словам, Алекс стала часто навещать родительский дом.

Дафна побледнела и вскочила.

– Чего же мы ждем? Скорее едем за ней! Роджер присмотрит за детьми. Я поплачу над собой в другой раз.

Спустя несколько минут они мчались в старенькой «хонде» Китти по Агва-Фриа-Пойнт. Уже почти стемнело, но небо на закате все еще полыхало.

– Помнишь, как мама встречала нас из школы? – внезапно спросила Китти. – У других мамы были в жакетах и брюках, и все до одной напоминали домохозяек из мыльных опер. Но только не Лидия. Она ждала наш автобус в рабочей блузе с пятнами краски – настоящая художница.

Дафна улыбнулась.

– А я помню, что она знала названия всех цветов, растущих в округе. Когда у меня появились дети, я впервые оценила ее уроки. Теперь если Кайл или Дженни спрашивают меня: «Мама, а это что за цветок?» – я отвечаю им сразу, не заглядывая в справочник.

– Ах, как бы я хотела… – Китти прикусила губу.

– Что?

– Чтобы мама была с нами более открытой. Она ведь никогда не говорила нам о том, что у нее на душе. Как Лидия относилась, например, к твоей дружбе с Джонни?