Шрифт:
Словно сверкнула холодная молния. Прозрачный шар, внезапно возникнув, разделил друзей и, захватив маленькую фигуру, закружился на одном месте. Гум-гам, отброшенный невидимой силой, впервые в жизни изумленно наблюдал, как неожиданно исчезает его друг…
Максим очнулся в знакомой беседке. Придя в себя, он прежде всего ощупал карманы. Синего камня путешествий в них не было…
Максим вздохнул: Автук победил его.
ИГРА НЕ КОНЧАЕТСЯ
Надоели чудеса
– Каждый день одно и то же: чу-де-са! – Зайчик зевнул, показывая, что ему очень и очень скучно.
– Ты что? – Максим кинулся к Пете. – Хочешь остаться без лунада?
– Подумаешь! – отмахнулся Зайчик.
– А ну давай лунад!
Зайчик полез в карман и протянул Максиму лунад в блестящей обертке. «Я ВСЕ УМЕЮ» – сверкали магические слова.
– У меня зубы болят от этого лунада! – Зайчик повернулся на одной ноге, крикнул: – Кто со мной в прятки?
Ребята молчали.
– Пошли играть в дрессированные троллейбусы, – предложил Максим. Пусть они бегают на задних колесах!
Никто не шевельнулся.
– Сергей, Мишка, за мной! – позвал Максим.
– Нам удочки нужно готовить, – буркнул Мишка.
– С отцом на рыбалку едем, – поддакнул Сергей.
Максим разозлился:
– Знаете, вы кто? Знаете… У человека беда, а вы…
– Беда? У какого это человека беда?
– Я бы сказал, да разве вы поймете! – Максим махнул рукой. – Вы лучше отвечайте: будете играть с Гум-гамом?
– Мы идем на рыбалку, – вздохнул Мишка.
– Договорились, – вздохнул вслед за братом Сергей.
– Вы… – Максим задохнулся… – вы… предатели… Вот вы кто! Отдавайте лунад!
Еще две плитки были возвращены Максиму.
– А ты? – спросил Максим Лешу Попова.
Изобретатель из семнадцатой квартиры вытащил лунад, надкусил и лениво сказал:
– Р-раз!
За его спиной повис кружевной гамак. Леша лег в гамак, уставился в небо.
– Я буду думать, – сказал он, наморщив лоб.
– Может, и ты не хочешь играть? – наступал Максим на розовощекого Леню.
Леня пятился, дергал плечом:
– Не знаю. Что-то не хочется…
– Выкладывай лунад!
– И не подумаю…
– А я говорю: давай!
Через секунду приятели тузили друг друга, и компания вокруг них сразу оживилась.
– Честный бой! Без лунада! – кричали зрители. – Мишка, суди!
Даже ленивый изобретатель соскочил с гамака, запрыгал, замахал кулаками.
– Раз! – считал Мишка. – Два!.. Три!..
Бой длился до десяти. Неожиданно крепкие руки схватили мелькавшие в воздухе кулаки. И все увидели Гум-гама. Он был в спортивном костюме настоящий судья.
– Победа присуждается двум сторонам, – сказал с улыбкой космический путешественник. – Эх, вы, разве так сбивают из воздуха мороженое? Смотрите, как надо леденить воздух. Эту морозильную игру придумал я!
Руки Гум-гама завертелись с быстротой пропеллера. Он словно отбивался от отряда невидимок. Наконец перестал взбивать воздух и поднял над головой кулак.
– Эскимо, – похвастал Гум-гам. Каждый его палец оброс мороженым с шоколадной корочкой. – Самый приятный завтрак, – продолжал Гум-гам, облизнув палец, – это мороженое. Кто хочет? Эскимо из воздуха…
Кое-кто принялся махать кулаками, но не все. Большинство стояло со скучающим видом.
– А вы? – спросил Гум-гам. – Вы не любите мороженое?
– У них болят зубы, – мрачно пояснил Максим. – Им надоел лунад.
Лицо Гум-гама странно поголубело. Он молча смотрел на друзей.
– Вы не хотите больше играть? – удивленно сказал он.
Его друзья молчали.
– Вы не хотите играть в луну и звезды? В деревья и качели? В стрекоз и смех? Не хотите играть со мной?
– Мы уже во все играли, – раздался голос Мишки.
– Ага, – пискнул Зайчик. – И так каждый день обманываешь бабушку. А это нечестно…
– От ремня не уйдешь, – поддержал его Сергей.
А Леша Попов сказал, лежа в гамаке:
– Понимаешь, Гум-гам… Когда с лунадом – все очень легко, все само собой получается. А мне, может, не хочется, чтоб получалось. Что я – не человек, что ли? Я сам хочу, сам, понимаешь?