— Знаешь, я ведь ничего бы, наверное, и не знал, если бы не пришел полицейский.

— Что вы имеете в виду?

— Сам посуди: днем я без особой на то причины не выхожу. А когда все же приходится выйти, то ни с кем не разговариваю, да и ко мне никто не обращается, разве что продавец через прилавок в магазине, поэтому мне и не было ничего известно о тех скандальных происшествиях, которые случились в деревне. Например, мне и в голову не приходило, что Конни Брук убили. А тут еще и убийство Роджера. Я когда пришел в себя, после того как мистер Марч сообщал мне о том, что в поместье произошло, то удивился, почему они вместе с этими двумя не возбуждают и дело об убийстве Дорис Пелл. Все три можно увязать с анонимными письмами и сложить перед дверями наших первых сплетниц.

— Сами придумали или Марч вам подсказал?

— Сам. Наверное, срабатывает инстинкт самосохранения — хочу отвести от себя подозрения. Понимаешь, я был последним, кто видел Роджера живым. Марч хотел знать все подробности о моем визите.

Джейсон, заметно помрачнев, положил «Альманах чудес» на полку и вернулся к столу.

— Последней его, кажется, видела жена… Или нет, Метти Эклс, когда принесла чай.

— К счастью для меня, да. Но ведь у меня все равно была возможность подсыпать в виски цианистый калий.

— А зачем вам это?

— Как зачем? Вполне нормальное желание убить своего лучшего друга.

— Неужели вы думаете, что Марчу может прийти в голову такая глупость?

— Может прийти, не может… Мне кажется, он еще не решил окончательно, приходить ей или нет. А вот как ты думаешь в свете этого, что произойдет, если я сообщу ему нечто, дающее основание подозревать другого человека? Не будет ли это похоже на попытку отвести от себя, свалить на кого-то другого подозрения?

Джейсон в сердцах махнул рукой:

— Вы имеете в виду Сциллу? На нее свалено уже столько подозрений! Причем подозревают ее не только по долгу службы, но и так, от чистого сердца. Полковник ведь собирался разводиться с ней… Или вы об этом тоже не знаете?

Хозяин саркастически усмехнулся:

— Знаю, Роджер сам мне сказал. Он свалял дурака, женившись на этой особе. Мне, конечно, надо было его предупредить, я ее насквозь видел, но в таком деле советов обычно не спрашивают. От этой глупости, как и от любой другой, человек может избавиться только самостоятельно.

— Так что же, я прав? Речь пойдет о Сцилле?

— Да нет, Сцилла к этому отношения не имеет.

— К чему «к этому»?

Бартон затянулся:

— Может быть, это вообще ни к чему отношения не имеет.

Молодой человек пожал плечами:

— Что-то вы темните. Так вы собираетесь мне рассказывать свою тайну или нет?

— Пока не решил… Раздумываю. Давай сначала ты мне расскажешь по порядку все с самого начала — письма, Дорис, Конни… Такая тихая бледная девочка, мне она всегда казалась не от мира сего… И вот во что-то впуталась.

— Полагаю, не по своей воле.

Джеймс Бартон кивнул:

— Похоже на то. Ладно, расскажи, как ты сам все эти события понимаешь.

— Когда утонула Дорис, меня здесь не было. Я видел одно анонимное письмо, которое пришло дяде, — действительно, грязная это штука. С тех пор как я приехал, миссис Нидхем постоянно держит меня в курсе всех местных слухов… — И Джейсон рассказал всю историю, немного упростив для понятности некоторые сюжетные линии.

Выходило так, что анонимки действительно играли ведущую роль во всех трагических событиях последнего времени. Из-за них утонула Дорис. Конни сказала, что знает, кто их пишет, — и умерла. Роджера Рептона постигло то же и, похоже, по той же причине.

Когда Джейсон закончил рассказ, наступила долгая пауза. Наконец мистер Бартон заговорил:

— Скажи, пожалуйста, Конни шла в среду поздно вечером через деревню вместе с мисс Эклс?

— Да, они вместе возвращались из поместья.

— Они попрощались у коттеджа «Холли» и дальше к своему дому девушка пошла одна?

— Так утверждает мисс Эклс.

— А какое-нибудь подтверждение ее словам есть?

— Нет.

— Значит, она могла пойти вместе с Конни к ней домой и позаботиться о том, чтобы в какао оказалось достаточно таблеток. Достаточно для того, чтобы девушка уже не проснулась.

Джейсон кивнул:

— Такое тоже возможно.

— И именно мисс Эклс отнесла Роджеру чай и была последней, кто с ним говорил, и первой, кто нашел его тело.

Первое, что она делает после этого, — устраивает истерику и обвиняет в убийстве его жену. Похоже, против мисс Эклс можно завести дело, тебе не кажется?

— Да как сказать, — ответил Джейсон. — Против нее и Сциллы примерно одинаковой серьезности улики. В деле Конни легче собрать факты против Метти, а в деле Роджера — против Сциллы, так что шансы у них пятьдесят на пятьдесят. Потому-то, полагаю, еще никого и не арестовали. В деле полковника его жена — просто подарок для полиции, дело раскрывается, можно сказать, само собой.