— Запросто! — зло усмехнулась Лида. — С помощью гаечных ключей и отверток… Кстати, вон оно, это озеро, блестит уже…

Речка расширилась метров до пятнадцати, но стала намного мельче. Через прозрачную воду виднелось каменистое дно, которое местами выбиралось на поверхность в виде плоских галечных островков.

— Справа, по-моему, капитальное болото! — сказала Лида. — Рискнем через речку?

И хотя никто не успел ни возразить, ни согласиться, повернула баранку влево. Плюх! — «уазик» на полколеса ушел в воду, но не заглох и не увяз.

Заклокотала вода, где-то что-то зашипело, и «козлик» благополучно выбрался на другой берег. Тут, под сенью деревьев, Лида остановила машину. Дальше дороги не было.

— Если б так и через озеро переехать… — вздохнула Еремина. — Но оно, конечно, поглубже будет.

Воцарилось тягостное молчание. Маша, вскрыв жестяную баночку с морковным пюре, пыталась утолить жажду.

— Ну и как? — спросил Климков. — Полегчало?

— Чуть-чуть… — кивнула супруга. — Хотя, вообще, эта штука жутко прогрелась. Но хоть пыль на зубах не скрипит…

— Тихо! — Лида подняла вверх указательный палец. — По-моему, где-то что-то тарахтит.

Все прислушались. Конечно, всем троим пришла в голову одна и та же печальная мысль о том, что колонна, преследующая их по пятам, обнаружила, куда они свернули и поперла к озеру.

— А если б мы прямо поехали и не стали бы сюда сворачивать? — робко спросила Маша, понимая, что сейчас это уже, что называется, «не в кассу».

— Выехали бы на перевал, а там укрепленная позиция карва-льевцев… — ответил Гриша, поглядев на компьютер, и вдруг, не Постеснявшись дам, охнул:

— О, бля-а!

— Укусил кто? — лихорадочно оглянулась Лида.

— Н-нет, — пробормотал Гриша, — просто тут, на карте, помечено то, что мне нужно. Я из-за этого и ломанулся в Редонду-Гонсалвиш.

— И попался, соответственно?

— Да. Роберт хотел, чтоб я сказал ему, зачем я туда ехал, а у него тут все помечено…

— Значит, уже узнал позже, — сказала Лида, не переставая прислушиваться к неясному тарахтению. — Твоя ценность гражданин Климков, малость сократилась.

А моя вовсе до нуля сошла…

— Это значит, — серьезным тоном произнес Гриша, — что у азеведовцев есть хороший стукач в штабе 2-й армии Алмейды. Он и мою поездку заложил очень оперативно, и вообще…

— Лишнее говоришь, парниша! — заметила Лида. — А я лишнее знать не хочу. Ты лучше послушай ушами: с какой стороны тарахтит?

Гриша замер и через некоторое время ответил:

— Откуда-то из-за озера, кажется… Впрочем, тут горы, скалы, эхо может играть…

— А что, если это пароход? — предположила Маша, опустошив банку морковного пюре.

— Никаких пароходов тут отродясь не было, — сказал Климков.
– Тут восемьсот метров над уровнем моря, между прочим.

— Могли привезти и собрать какой-нибудь катер, — заметила Лида. — Или паром, например…

— Вон он! — воскликнула Маша. — Идет через озеро! Сквозь просветы между деревьями на фоне гладкой голубой воды и зеленовато-синеватых берегов замаячило некое плавучее средство. Конечно, это был не пароход, хотя бы потому, что двигателем этого сооружения был дизель, но и катером это никак быть не могло, ибо имело солидные размеры.

— Паром! — веско заявила старшая дочка старшего прапорщика инженерных войск. — Два двойных понтона состыковали, и катер их толкает, а вот что за хибары они там на них установили — не пойму.

Действительно, поверх понтонов просматривались какие-тод брезентовые сооружения.

— То ли это палатки, то ли это они там технику замаскирова ли, — предположил Климков.

— Ой, по-моему, он сюда идет! — встревожилась Маша.

— А флаг-то на катере карвальевский, — вздохнул Гриша. — Значит, если они азеведовские эмблемы увидят — обстреляют сразу же.

— Надо еще, чтоб увидели, — процедила Лида. — Мы за кустами стоим, так просто не разглядишь.

— Господи, лишь бы Женька не проснулся! — прошептала Маша.

Паром действительно приближался к устью речки и, похоже, собирался пристать к тому месту, которое Лида охарактеризовала как «капитальное болото».

— На фига им туда? — недоуменно произнесла Еремина. — Здесь, если высадишься — сразу увязнешь по уши.

— Д-да, — явно подавляя накативший страх, произнес Климков. — Интересно, сколько их там?