Шрифт:
– Проделки Шлыкова?
– За сообразительность «пять» с плюсом…
– И еще столько же за информацию…
– Ухты… Говори!
– Шлыкова больше нет…
– Чего?
– Убили Шлыкова…
– И кто же?
– Алла Болотова-Оболенская…
– Это точно?
– Пока только предположение… В общем, машину его нашли. А в ней труп…
– Его труп?
– Пока точно не установлено…
– Что значит пока?
– Когда машину открывали, она взорвалась Погиб прапорщик патрульно-постовой службы…
– Ну зачем же он полез?
– Спешил…
– И успел, блин… Труп Шлыкова, я понимаю, на куски…
– Точно. Сейчас над останками эксперты работают…
– – А может, это не Болотов?
– В машине, в бардачке документы нашли. Техпаспорт на имя какого-то Талыбина. И доверенность. На имя Шлыкова Германа Владимировича…
– Это еще не основание считать Шлыкова трупом…
– Да понимаю… Если честно, я и сам не очень уверен, что в машине Шлыков. Просто, понимаешь, очень хочется, чтобы это был он…
– Но он же живым тебе нужен…
– Знаешь, надоел он мне до чертиков!… В гробу я его, короче, видел…
Степан вышел из машины, продолжая разговаривать по телефону.
– Пойду могилу посмотрю…
– А знаешь где?
– Я знаю, кто такой Болотов. Он преуспевающий бизнесмен…
Он двинулся в глубь кладбища. Мертвая тишина, полное запустение, травой все поросло.
– И отца своего он крепко уважает. Значит, я так думаю, его могила самая богатая…
– И на приметном месте… – добавил Марков.
– Очень даже может быть… Кстати, похоже, вот и она…
«Болотов Георгий Андреевич» – гласила надпись на роскошном памятнике из черного мрамора. Надгробная плита исполнена в виде клумбы. И цветы на ней. За ними нужно ухаживать. Но только сунь в землю лопатку… Может, ничего и не произойдет. Но Степан рисковать бы не стал.
– И никого рядом?…
– Никого…
– Секунду, Степа, я сейчас… Степан ждал. И дождался.
– Ну вот, узнали, – сказал Николай после долгой паузы.
– Что узнали?
– В машине был не Шлыков. Кто-то другой…
– Быстро узнали…
– И настроение испортили…
– Ничего, достанем Шлыкова. И эту суку Аллу… Будь уверен…
– Спасибо, хоть ты уверенности прибавляешь, – скептически усмехнулся Марков. – Ну ладно, Степа, не буду отвлекать… До связи!…
Степан сунул трубку в карман.
– Это кто сука? – тихо и зло спросила Алла у Германа.
Из своего укрытия они не только видели Кручу, но и слышали его.
Вот гад, и на этот раз ушел от возмездия. Жив-здоров. Еще и грозится по сотовому телефону. Ее и Германа достать кому-то обещает. Уж не президенту ли?…
– А ты у него спроси, – покривился Герман.
– Как это?
– А вот так, возьми да спроси…
Герман не ерничал, не шутил. Он смотрел на нее совершенно серьезно.
Степан осторожно приблизился к надгробной плите. Присел на корточки.
Внимательно присмотрелся. Да, есть следы недавнего вмешательства. Кто-то разрыл землю и снова вернул все на место. Очень аккуратно сделано, сразу не заметишь…
– Ну что, нашел? – услышал он знакомый женский голос.
Среди могильной тишины он прозвучал неестественно громко. И страшно.
Степан невольно вздрогнул.
Медленно поднимаясь на ноги, он развернулся на сто восемьдесят градусов. И снова вздрогнул.
У покосившегося креста соседней могилы стояла Алла. Красивая и в то же время страшная как смерть. Степан физически ощущал нечистую силу вокруг нее. На какое-то мгновение им овладел суеверный ужас. Но он быстро сумел взять себя в руки. И потянулся к пистолету в наплечной кобуре.
– А вот этого не надо! – Она опередила его и направила на него пистолет-пулемет. Мощное оружие. – Учти, я стрелять умею…
Пелена мистификации вокруг нее спала. Она уже не казалась ни ведьмой, ни привидением. Обычная преступница среди обыкновенного кладбища. И сила ее только в том, что она опережает его на один шаг.
– И не только стрелять, – опуская руку, презрительно посмотрел на нее Степан.
– И в постели я хороша…
Про постель Степан как раз сейчас вовсе и не думал.