Он развернулся, хлопнул дверью и тяжелой поступью удалился в спальню.

— Я хочу жить дальше, — сказал Игорь встающему солнцу. Упал на кровать и заснул сном праведника.

В своей комнате улыбался чему-то Юрий Павлович. Он осторожно высунулся в гостиную, осмотрелся и подмигнул любимой картине.

Санкт-Петербург.

Март

— Добрый день, Денис. — Человек в черном пальто свернул газету, положил ее рядом с чашечкой кофе и толкнул пачку сигарет. — Курите?

Рогожин молча сел напротив, мигнул официанту:

— Кофе со сливками и сахаром. — Потом уставился на собеседника. — Чем обязан?

— В общем-то, ничем. Но это до определенного времени.

Рогожин нервно закинул ногу на ногу.

— Послушайте, мне совсем не улыбается разговаривать неизвестно с кем, неизвестно о чем. И если у вас есть что мне сказать, то я, пожалуй, вас выслушаю. А играть в агентов мне недосуг.

Человек в черном пальто улыбнулся, прихлебнул кофе. Все его движения были неторопливыми, плавными. Он поставил чашечку на блюдце так, будто опасался, что она расколется. Аккуратно разжал пальцы.

— Тема нашего разговора, Денис, очень деликатна. Потому я бы не хотел начинать его вот так, с бухты-барахты.

Подошел официант, поставил перед Рогожиным синюю кружку и маленькое блюдечко с миниатюрными печенюшками. Пользуясь небольшой паузой, собеседник Дениса снова отпил из чашечки.

Они сидели в небольшом подвальном кафе, безликое оформление которого вызывало удивительное ощущение уюта.

Приглушенный свет, мягкая цветовая палитра стен, удобные стулья. Чисто, негромко, мягко. Рогожин никогда по собственной воле не назначил бы переговоры в таком месте. Но в этот раз инициатива исходила не от него.

Сегодня утром у него появился посыльный от очень солидного человека. И передал сообщение.

Таким способом пользовались нечасто. Чтобы сообщить нечто важное, достаточно было позвонить. Послать Е-мэйл. Факс, наконец.

С человеком, верным и надежным, передавали только нечто действительно важное.

— Тот, кто вас сюда послал… — начал Рогожин.

Но человек в черном его прервал:

— Меня никто не посылал. Относительно моей персоны вы можете ошибаться. Это я попросил уважаемого человека оказать мне услугу и пригласить вас на беседу.

— А в чем смысл? Нельзя было просто позвонить?

— Думаете, этого было бы достаточно? — Собеседник улыбнулся. Он был весь чистенький, аккуратный. Гладко выбрит, кожа ровная, ни единой морщинки. Волосы аккуратно уложены. — Всего лишь одного звонка достаточно, чтобы вы пришли один по указанному адресу?

Рогожин кинул взгляд в сторону. В подвальчике было немноголюдно. Какая-то парочка сидела в дальнем углу, да мужчина в красной спортивной куртке с аппетитом жевал отбивную. Ничего такого, чего стоило бы бояться.

— Нет, — покачал головой человек. — Не думаю. Вы бы поинтересовались: мол, кто звонит да почему, да пошла бы тягомотина…

— Кстати, вы не представились, — напомнил Рогожин.

— И не буду. Поверьте, Денис, это вас не должно волновать. Достаточно и того, что вам известно: я связан с очень серьезными людьми. Пусть я не являюсь частью их схем. Но вся деятельность таких людей входит в сферу моих интересов. И, поймите меня правильно, меня устраивает текущее положение дел.

— Эту песню я уже слышал.

— Может быть. Но вы не вслушались в слова. Положение в Питере изменилось. Это сильно портит общую картину. Тревожит и меня, и тех, кто выше меня.

— А что, и такие есть?

— Есть. Но разговор сейчас не о них.

— Знаете, кем бы вы ни были, — Рогожин зло раскрошил печенье в пальцах, — но я конкретно не догоняю, о чем сейчас разговор. Пусть он тридцать три раза деликатный, но все же давайте перейдем к делу. Или хотя бы пододвинемся к нему поближе.

— А мы и так ближе некуда, Денис. Я имею в виду связь с цыганами.

— Это мое дело.

— Ваше. — Человек в черном кивнул. — Именно что ваше. Надеюсь, вы понимаете, что и ответственность за это дело несете вы? Вы работаете с цыганами и поставляете на рынок Питера некачественный товар. На это не идут даже те, кто на этом рынке работает уже долго. Такое поведение вне правил.

— И что?

— И то, Денис, что вы не учли реальной ситуации. Вы не учли государственной политики, Денис.

— А при чем тут это?

— При том. Почему, вы думаете, серьезные наркотики — героин, крек и другая синтетика — на рынок не поступают? Почему найти кокаин сложнее, чем левый ствол? При этом довольно широк спектр травы и других препаратов естественного происхождения.