Однако майор и сам был человеком, мыслящим по-военному; он хорошо знал заповеди военной службы. Они не только давали ему передышку, но и особенно удачливым, а майор относил себя к таким людям, предоставляли возможность переложить ответственность за любое дело на другого, желательно на нижестоящего подчиненного.

Исходя из этого принципа, майор Фрей украсил лежавшую перед ним бумагу следующей резолюцией: «Весьма срочно! Передать для немедленного исполнения начальнику шестого потока».

Так автоматически бумага была передана дальше. Следующим лицом, к которому она попала, был капитан Ратсхельм, который в свою очередь сначала прочел резолюцию своего непосредственного начальника, затем — резолюцию генерала и только после этого заявление Ротунды.

Ратсхельм был всегда готов выполнить любое приказание, уважая, разумеется, при этом мнение и решения своих начальников; более того, он старался всегда и во всем подражать им и следовать их примеру. Ход самого дела огорчил его, однако приходилось брать то, что есть. И он без промедления направил бумагу дальше, украсив ее следующей надписью: «Весьма срочно! Передать для незамедлительного и внимательного исполнения офицеру-воспитателю учебного отделения „X“.

В конце концов трижды отфутболенную бумагу получил обер-лейтенант Крафт.

И получил ее обер-лейтенант как раз в тот момент, когда он проводил занятие с фенрихами на тему: «Ведение служебной переписки». Крафт также в первую очередь прочел скупую резолюцию своего непосредственного начальника. Он сразу же обратил внимание на то, что гриф «срочно» превратился под конец в «весьма срочно».

Однако ничего забавного Крафт в этом не нашел. Он сразу же сообразил, что заявление Ротунды — документ весьма опасный. Он перечитал его дважды, притом очень внимательно.

О том, что это чтение не доставило офицеру удовольствия, фенрихи, сидевшие на занятии, моментально догадались по выражению его лица и забеспокоились. Инстинктом кандидатов в офицеры они почувствовали возможные осложнения.

— Господа, — проговорил после внушительной паузы обер-лейтенант, окинув всех взглядом, — поскольку мы сейчас как раз изучаем правила ведения деловой переписки, я хочу познакомить вас с удачным примером деловой обработки жалобы, поступившей от одного гражданского лица. Вот, послушайте.

И тут Крафту в голову пришла смелая идея: он вслух прочитал всю жалобу. Прочел абсолютно все, от «шапки» до даты (пятого марта тысяча девятьсот сорок четвертого года), включая резолюции начальника военной школы, начальника курса и начальника потока.

Когда обер-лейтенант кончил, в классе воцарилось тягостное молчание. Старшина учебного отделения Крамер возмущенно пыхтел. У Редница глаза приняли испуганное выражение. Хохбауэр закусил нижнюю губу. И лишь один Меслер открыто заявил:

— Да это самое настоящее свинство! — И, словно в подтверждение его слов, одни закивали головой, а другие забормотали что-то одобрительное.

— Друзья, — остановил фенрихов Крафт, — я запрещаю вам личные высказывания по этому делу. Мы рассматриваем эту бумагу как учебный материал, и ничего больше. Именно поэтому я не собираюсь затевать с вами полемику, а прошу лишь высказывать деловые предложения. Всем понятно?

Постепенно фенрихи начинали понимать. За четыре недели, проведенные со своим офицером-воспитателем, они многому научились у него, в частности умению видеть главное и избегать второстепенного и ложного. Он помог им освободиться от уставных мелочей, вывел их из дебрей на простор надежным и эффективным способом, который обычно приносил желаемые плоды. Руководствуясь этим принципом, обер-лейтенант и на этот раз решил под маркой изучения деловой переписки познакомить фенрихов вполне открыто и в то же время в несколько завуалированном под учебный материал виде с делом, которое было равносильно раскаленному железу.

Меслер оказался в числе первых, кто сообразил, что же тут происходит. Во всяком случае, он довольно оригинально отреагировал на предложение воспитателя, встав и с сияющим видом заявив:

— Я предлагаю написать на предложенной нам бумаге следующую резолюцию: «Срочно! Весьма срочно! Молния! Присланную офицеру-воспитателю бумагу передать через старшину учебного отделения фенриху Хохбауэру, знакомому, по его же собственному донесению, со всеми деталями дела, для незамедлительного и срочного доклада».

Воспитатель с облегчением рассмеялся, а Хохбауэр метнул уничтожающий взгляд в сторону Меслера. Крафт сделал вид, что не заметил этого. Он объяснил:

— На этом обычно заканчивается компетентность последнего офицера. Мне любопытно, что из этого выйдет.

Затем слова попросил Редниц и, получив разрешение высказать свое мнение, встал и выпалил:

— Любая жалоба, от кого бы она ни исходила, сначала должна быть проверена на достоверность. Бывают случаи, и к тому же не такие уж редкие, когда изложенные в жалобе или заявлении факты либо полностью, либо частично не соответствуют действительности.