Сам Имр производил сильное впечатление, несмотря на свой маленький рост и молодость. На полголовы ниже большинства мужчин в холле, он, тем не менее, величественно шел через холл вместе с сестрой.

На голове его была высокая золотая корона, усыпанная рубинами, она, казалось, увеличивала его рост и вся переливалась в свете призрачного нимба над его головой. Темно-каштановые волосы короля были коротко острижены, живые карие глаза светились на красивом лице, которое, однако, было каким-то пустым, короткая туника коричневого бархата подчеркивала все линии его ладного молодого тела. На нем были шелковые коричневые штаны и кожаные сапоги для танцев. Янтарно-золотая мантия, отделанная мехом красной лисы, волочилась за ним по полу, когда он поднимался на возвышение. На руках, в ушах и на шее сверкали драгоценные камни.

Выступающая рядом с ним Ариэлла во многом походила на брата, но в ней было гораздо больше породы, роскоши и великолепия.

Она была одета в темно-коричневый бархат, отделанный золотом, и все ее роскошные формы скрывались под этим струящимся живым цветом. Только глубокое декольте открывало взору прекрасные формы округлых грудей. В волнующей ложбинке между ними покоился желтый камень, которому завидовали многие вельможи Гвинеддского королевского двора. Каштановые волосы выбивались из-под короны и сверкающим каскадом спускались на одно плечо.

Ее быстрые зоркие глаза не пропускали ничего, когда она вместе с братом поднималась на возвышение и усаживалась на троне. Она откинулась на спинку и с улыбкой осмотрела зал, наслаждаясь всеобщим восхищением, затем легко коснулась руки Имра. Этот жест показался Катану каким-то неспокойным.

– Мои дорогие друзья, – заговорил Имр. Его высокий тенор достигал самых отдаленных уголков дымного, освещенного факелами холла. – Мы с сестрой приветствуем вас и хотим, чтобы нам всем надолго запомнился праздник святого Михаила. Но вы пришли сюда не для того, чтобы благодарить его. Поэтому развлекайтесь. Я даже приказываю: развлекайтесь!

Эти слова были встречены вежливым смехом.

– Милорд капельмейстер!

Король встал и протянул руку сестре, которая также встала и вложила свою руку в его.

– Мы начнем с танца «Брен Тиган».

Шепот одобрения прошелестел в зале. Королевская пара сошла с возвышения и встала в центре специально очищенного пространства. Они поклонились друг другу и всем зрителям.

Музыканты кончили настраивать инструменты, и по залу разнеслись звуки старинной музыки дерини.

Имр и Ариэлла стали танцевать древний танец. Первые фигуры они исполнили одни, и только потом к ним присоединились придворные.

Катан рассеянно смотрел на все это; он повернулся, чтобы взять бокал вина с подноса проходящего слуги и обменяться приветствиями с одним из придворных.

Когда он снова взглянул на танцующих, Гьюэра уже не было видно: он закружился в танце, подхватив леди, с которой весь вечер не сводил глаз.

Имр тоже исчез из виду, затерявшись в веселой толпе.

Катан выпил глоток вина и, дождавшись, когда начнется степенная гавота, медленно пошел в отдаленный угол холла, надеясь, что там его никто не будет беспокоить. Он прислонился к колонне и, прихлебывая вино, смотрел на танцующих.

Вдруг он ощутил легкое прикосновение к плечу. Он обернулся и увидел принцессу Ариэллу, стоящую рядом с ним с лукавой улыбкой на лице и полным бокалом вина в руке. Катан постарался овладеть собой и почтительно поклонился.

– Ваше Высочество оказывает мне большую честь, – пробормотал он.

Ариэлла улыбнулась и протянула руку для поцелуя. Корона ее осталась на троне, нимб дерини тоже погас. Каштановые волосы сверкали своим собственным блеском. Ариэлла Фестилийская не нуждалась в магии дерини, чтобы выглядеть восхитительной.

– Почему ты такой угрюмый, Катан? – промурлыкала она и задержала свою руку в его чуть дольше, чем того требовал этикет. – Я хотела взять тебя в партнеры на танец, а ты спрятался здесь в тени. Где твоя милая женушка? Она не больна, я надеюсь?

Ее глаза светились лукавым блеском, и Катан почувствовал, что его взгляд невольно устремляется в глубокий вырез платья, откуда выглядывали в соблазнительной округлости ее груди. Он с трудом проглотил слюну, хорошо зная, куда приведет этот разговор, если он не будет крайне осторожен. Он вовсе не имел желания впутывать сестру Имра в это дело с заложниками, но знал, что ему придется обратиться к ней за поддержкой, если не найдется другого выхода.

– Моя жена просит простить ее за отсутствие, Ваше Высочество, – осторожно начал он. – Она не виделась со своими родителями со времени рождения нашего второго сына и поехала в Кэрбери, чтобы навестить их. Я должен был бы поехать с ней, если бы не нынешний кризис.

– Кризис? – переспросила Ариэлла. – Я ни о каком кризисе не слышала.

Катан при виде ее сияющего лица почувствовал неприязнь к ней. Он опустил глаза, чтобы скрыть свои эмоции.

– Ваше Высочество, несомненно, слышали о пятидесяти заложниках, взятых в Кэррори. Ваш брат хочет их казнить.