– Все верно.

– Любишь ли ты его так же сильно, как любила Андервуда?

– Гораздо сильнее.

Ее любовь к Маркусу была в тысячу раз сильнее, чем чувство к бывшему жениху. И это значило, что ее страдания будут в тысячу раз мучительнее, если любовь окажется неразделенной.

– Тогда, быть может, тебе стоит принять предложение графа? – сказала Тесс.

Арабелла бросила на подругу отчаянный взгляд.

– Брак только усугубляет любое неравенство. Моя мама тоже сначала любила моего отца, и посмотри, чем закончился их брак.

– Но судя по тому, что ты рассказывала, твои родители, по-видимому, совсем не подходили друг другу. Вы с лордом Данверсом гораздо более удачная пара.

– Почему ты так думаешь?

Тесс улыбнулась.

– Я видела вас вместе, замечала, какая ты с ним. Как вы смотрите друг на друга. Ты знаешь, что у тебя глаза светятся, когда ты смотришь на него?

Настала очередь Арабеллы удивленно взглянуть на подругу.

Тесс продолжала:

– Я сама удивлена, но думаю, что вы можете стать идеальной парой. Ты всегда будешь бросать лорду Данверсу вызов, с новой силой разжигать в нем интерес, и он будет делать то же самое по отношению к тебе.

Арабелла отрицательно покачала головой.

– Не уверена в этом.

– Конечно. Но мы ни в чем не можем быть уверены в этой жизни, Арабелла. А шанс стать любимой стоит того, чтобы рискнуть. Неужели ты действительно хочешь оставить надежды на счастливое будущее из-за того, что случилось в прошлом?

Сцепив пальцы на коленях, Арабелла отвернулась. Маркус обвинял ее в том, что она позволяет страху управлять собой, и она знала, что он прав; она боялась, что ей снова причинят боль. Но ей уже было невыносимо больно. Разве может ей быть еще хуже, чем сейчас?

Арабелла по-прежнему молчала, и Тесс тихо спросила:

– Если бы ты знала наверняка, что лорд Данверс любит тебя, ты бы вышла за него замуж?

– Да, – прошептала наконец Арабелла. Тесс вздохнула.

– Что ж, решать тебе. Но я не думаю, что ты сможешь быть счастливой без него. И не думаю, что он будет ждать тебя вечно.

Поднявшись на ноги, мисс Бланшар посмотрела на Арабеллу и сказала немного мягче:

– Я считаю, что тебе следует пойти на риск и принять предложение графа. Настоящая любовь слишком ценна, чтобы ею пренебрегать. Я бы все отдала за такой шанс.

Тесс ушла, оставив Арабеллу наедине с ворохом противоречивых эмоций.

Настоящая любовь слишком ценна, чтобы ею пренебрегать.

Если так, то она будет круглой дурой, если позволит страху перед новой болью помешать ей надеяться на счастье с Маркусом.

Ища уединения, чтобы никто не мешал ей разобраться со своими мыслями, Арабелла рано уехала домой, не дождавшись чаепития и оставив сестер и Тесс присматривать за ученицами.

Когда мисс Лоринг достигла особняка и заметила у порога экипаж с гербом Данверсов, ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди от радости. Маркус вернулся!

Она попыталась сдержать нетерпение и сначала подъехала на двуколке к конюшням, чтобы отдать лошадей на попечение грумов, но все же поймала себя на том, что почти бежит к дому.

Симпкин встретил госпожу в холле, чтобы принять ее спенсер [11] и шляпку и объявить, кто приехал.

– Мисс Арабелла, прибыла леди Лоринг.

Арабелла замерла, не веря своим ушам.

– Моя мать здесь?

– Да, я провел ее в малую гостиную.

Мисс Лоринг почувствовала, что краска сбежала с ее лица. Когда она пошатнулась, ошеломленная новостью, Симпкин забеспокоился.

– Вам нехорошо, мисс Арабелла?

– Нет… я просто… удивлена.

Хотя слова «шокирована», «потрясена», «сбита с толку» гораздо точнее описали бы ее чувства.

Невероятно! Ее мать явилась в гости спустя столько времени. Что же ей нужно? И откуда она приехала? По словам отца и дяди, Виктория четыре года назад сбежала с любовником во Францию, к побережью Бретани, куда-то в район Бреста, когда Британия еще воевала с Францией. Путешествие было опасным и любое сообщение между двумя странами было в лучшем случае непредсказуемым. Они больше ничего не слышали о леди Лоринг, даже когда долгая война окончилась и Наполеон отрекся от власти.

Неуверенным шагом Арабелла медленно пошла по коридору в малую гостиную и остановилась на пороге, заметив на диване такую близкую и одновременно такую чужую гостью.

Светловолосая и элегантная, Виктория Лоринг, безусловно, была истинной леди. Из трех сестер на мать больше всего походила Рослин, их обеих отличало какое-то золотистое изящество и аристократичная манера держать себя. Виктория по-прежнему была красавицей. Хотя она выносила троих детей и овдовела при скандальных обстоятельствах, годы оказались к ней милосердны.