Стук копыт за спиной говорил о том, что лорд Данверс не прекратил погони. Выскочив на еще один залитый солнцем луг, Арабелла удвоила усилия, но слышала, что граф быстро сокращает расстояние между ними.

Пульс молодой леди стучал в такт ударам копыт, когда лорд Данверс поравнялся с ней. Мгновение они мчались бок о бок, и Арабелла неожиданно почувствовала радость в сердце.

Потом граф внезапно протянул руку, крепко обхватил Арабеллу за талию и выдернул ее из седла, словно она была не тяжелее пушинки.

Мисс Лоринг вскрикнула сначала от неожиданности, а затем от гнева, обнаружив, что граф перетащил ее к себе на лошадь. Теперь Арабелла оказалась в его сильных объятиях. Отчаянно пытаясь удержать равновесие, она схватилась за Маркуса и, задыхаясь, выкрикнула:

– Отпустите меня немедленно!

Однако гневное требование, брошенное графу, получилось очень тихим, и ответа не последовало. Вместо того чтобы отпустить пленницу, лорд Данверс только крепче сжал ее в объятиях.

Когда он наконец резко остановил лошадь, Арабелла задержала неровное дыхание, гордо подняла голову и гневно взглянула на Маркуса.

Она тут же поняла, что совершила ошибку – теперь ее губы находились всего в нескольких дюймах от его рта. Сладкая дрожь прошла по ее телу. Арабелла уже фантазировала об этих решительных, чувственных губах… Потом их взгляды встретились, и она совсем перестала дышать.

Внезапно наступившая тишина казалась оглушительной. Арабелла почувствовала, что ее сердце вот-вот выскочит из груди, но на этот раз причина была не в физическом напряжении. Скорее дело было в том, что молодая леди оказалась прижатой к мускулистому, мужественному телу его светлости, в том, что ее высоко вздымавшаяся грудь прикасалась к его широкой груди.

Лорд Данверс сидел неподвижно, задумчиво глядя на Арабеллу; она тоже не могла отвести от него глаз, словно завороженная. Когда взгляд его светлости скользнул к обнаженной шее Арабеллы, а затем еще ниже, к ее достаточно сильно открытой груди, мисс Лоринг пожалела, что в этот теплый весенний день надела муслиновое платье с глубоким вырезом, а не что-нибудь более консервативное. Арабелла остро осознавала, что ее соски затвердели от прикосновения к Маркусу.

Он, видимо, тоже заметил бесстыдную реакцию ее тела, потому что его глаза потемнели от чувственного огня.

Понизив голос до еле слышного шепота, лорд Данверс заметил:

– Я ожидал от вас множества разнообразных приветствий, мисс Лоринг, но должен признать, что о такой встрече и не думал.

Арабеллу задел хриплый, насмешливый тон его светлости.

– Так же, как и я, милорд. С какой стати вы обращаетесь со мной подобным образом, как варвар?

Огонек в его глазах загорелся еще ярче.

– Как? Я ведь спасал вас.

– Меня не нужно было спасать!

– Разве? Я подумал, что ваша лошадь понесла. Вы бы никогда намеренно не оскорбили меня, проигнорировав мою просьбу об аудиенции. Я прибыл в поместье час назад и обнаружил, что вы и ваши сестры куда-то пропали.

Арабелла не смогла ничего на это ответить, поскольку ее отсутствие действительно было преднамеренным.

– Вы, должно быть, забыли о времени, – продолжал граф. – Я уверен, что вы не собирались утруждать меня поисками.

Арабелле хватило вежливости покраснеть.

– У меня уже были запланированы другие дела на то время, когда вы потребовали встретиться.

– Потребовал? – Граф недоуменно поднял темную бровь. – Я бы не стал называть это требованием.

– У меня сложилось именно такое впечатление, поскольку вы не оставили мне выбора в этом вопросе.

Взгляд лорда Данверса снова упал на губы Арабеллы.

– Кажется, ваш побег привел к совершенно неожиданным для вас последствиям.

Она озадаченно взглянула на графа. Лорд Данверс продолжил:

– Возможно, вы не отдавали себе отчета в том, что физическое напряжение будоражит кровь мужчины. А в сочетании с волнениями погони…

Маркус дал ей почувствовать, как налились его чресла, и понять значение сказанного. Совершенно ясно, что она взбудоражила не только его кровь!

Придя в себя, Арабелла уперлась руками в грудь лорда Данверса, твердо вознамерившись освободиться. Однако было поздно. Граф внезапно опустил голову и поймал губы Арабеллы.

Это был медленный, опустошительный, колдовской поцелуй. Неожиданность нападения ошеломила Арабеллу. У нее закружилась голова, стало трудно дышать. Жгучий зной этого поцелуя вызывал у девушки панику, смешанную с коварным волнением. А вот желания сопротивляться его светлости мисс Лоринг в себе найти не могла. Вместо этого все ее тело инстинктивно обмякло в его руках, в то время как губы графа сладко скользили по ее губам. Когда его язык принялся тщательно исследовать чувствительные точки глубоко у нее во рту, Арабелла беспомощно застонала.