Как и при первой встрече с мисс Лоринг, Маркус ощущал жар во всем теле, прилив вожделения… только теперь все было гораздо сильнее. Он был потрясен. И она тоже. Маркус не сомневался в этом, он чувствовал, как Арабелла вся дрожит от возбуждения.

Лорд Данверс крепче сжал ее в объятиях и продолжал целовать, требуя признать его господство, желая от нее большего. Его эрекция до боли усилилась, кровь стучала в висках.

Когда граф наконец отстранился и взглянул на Арабеллу, желание, возникшее между ними, было почти осязаемым. Маркус знал, что мисс Лоринг потрясена. Он почувствовал, как она вздрогнула в его объятиях, встретив его взгляд.

– Отпустите меня, – наконец потребовала она хриплым шепотом.

– Арабелла… – пробормотал он, не желая повиноваться. Внезапно ее спина выпрямилась, в глазах снова загорелся огонь. Арабелла бросила на графа сердитый взгляд. Маркус по-прежнему не отпускал ее, и тогда мисс Лоринг размахнулась и ударила его светлость кулаком в челюсть.

Неожиданный удар заставил Маркуса отшатнуться. Жгучая боль волной прошла по всей челюсти, и граф не смог сдержать непристойного ругательства. Реакция его тела была еще более примитивной: Маркус ощутил дикое желание снова поцеловать Арабеллу, чтобы покорить ее и доказать свое господство.

Арабелла, однако, воспользовалась секундной нерешительностью лорда Данверса и вырвалась из его объятий. Когда она попыталась соскочить вниз, граф заставил себя отпустить ее, лишь схватил за руку, чтобы помочь спуститься с лошади.

Неуклюже приземлившись, Арабелла тут же повернулась лицом к его светлости, словно не желая больше предоставлять ему никаких преимуществ. Маркус остался в седле, в печальном изумлении глядя на подопечную.

Ей снова удалось застать его врасплох, но графа больше беспокоила собственная неожиданная реакция. Он пытался убедить себя, что непреодолимое влечение к Арабелле было лишь временным помрачением ума. Все эти четыре дня лорд Данверс старался выбросить мисс Лоринг из головы. Ирония заключалась в том, что ему не удалось и на минуту забыть о ней.

Вместо этого граф мог думать только о следующей встрече с Арабеллой и гадать, покажется ли она ему такой же полной жизни и огня, какой он ее запомнил.

Теперь Маркус знал ответ. Перед ним стояла дерзкая, непокорная Арабелла. Ее щеки горели, губы были влажными и немного припухшими от страсти, руки сжались в кулачки, словно она готовилась к бою.

Это была та самая прекрасная дикая кошечка, которая владела его снами четыре ночи подряд.

Маркус не собирался обнимать Арабеллу прямо сегодня, и уж точно не думал ее целовать, но не смог устоять перед соблазнительной пылкостью. Бесстыдное потакание слабости оставило графа разгоряченным и до боли возбужденным. Его тело содрогалось от примитивного острого желания повалить Арабеллу на мягкую весеннюю траву и взять ее прямо здесь, на лугу, глубоко погрузиться в ее нежную плоть, покорить ее наслаждением.

И, что еще хуже, физическое столкновение только усилило психологическое противостояние между ними. Сидя на лошади и глядя на Арабеллу сверху вниз, Маркус вдруг понял две вещи: он хотел эту женщину так сильно, как никого никогда не хотел в своей жизни. И он не мог быть с ней.

Маркус не был настолько распущенным, чтобы соблазнить собственную подопечную, молодую аристократку, находящуюся под его защитой. Единственный благородный способ овладеть ею – жениться…

При этой мысли он резко вдохнул.

Брак. Нет, тут же взбунтовался рассудок. В ближайшем будущем Маркус не собирался ни на ком жениться и производить на свет наследников.

Но если ты ее хочешь, рассуждал в голове Маркуса настырный голос, придется сделать ваши отношения более равноправными, чем между опекуном и подопечной.

Маркус покачал головой, с трудом веря тому, что он об этом размышляет. Он остро осознавал, что желание сейчас попирает его здравый смысл.

Или нет? Если посмотреть на ситуацию логически, брак с Арабеллой не был такой уж глупостью. Маркус ведь собирался позаботиться о благосостоянии подопечной, подыскав ей хорошего мужа. А сам он был одним из лучших кандидатов. Кроме того, происхождение и воспитание Арабеллы достаточно благородны, чтобы она могла стать его женой, несмотря на недавний скандал в ее семействе.

Женившись на старшей мисс Лоринг, он исполнит долг перед предками и продолжит свой знаменитый род. И сможет пристойным образом удовлетворить дикое желание разделить с Арабеллой постель.

Однако единственно важным фактором было то, готов ли он на всю жизнь связать себя с этой леди священным союзом.

Каков же ответ? Неоспоримой истиной было то, что Арабелла Лоринг – единственная женщина из тех, кого Маркус когда-либо знал, с которой ему может понравиться жить в браке. И граф сильно сомневался, что ему удастся найти более подходящую супругу.

Приняв решение, лорд Данверс с силой выдохнул. Быть может, он сошел с ума, но он сделает предложение своей подопечной.

По-прежнему ошеломленно глядя на Арабеллу, граф криво улыбнулся и осторожно потер челюсть.

– Господин Джексон был бы восхищен вашим правым хуком, мисс Лоринг, – заметил он, имея в виду величайшего английского боксера.

Арабелла раздраженно надула губки.

– А какой реакции вы от меня ожидали в ответ на подобное обращение? Я просто защищалась.

В ответ на упрек Маркус понимающе кивнул.