– Понадобится для чего?

Брандт взял в ладони ее лицо.

– Для того чтобы я убедил тебя, что твое место здесь.

Его ответ поразил Майри.

– Ты дала клятвы, и я заставлю тебя их выполнить.

– Ты, должно быть, шутишь!

– Нисколько. Пусть я не понял, кто был под вуалью во время церемонии и в моей постели после нее, но ты-то прекрасно понимала, кого обещала любить и уважать всю оставшуюся жизнь.

– Мне пришлось дать эти обещания, – возразила Майри. – Если бы я не повторила за священником брачные клятвы, ты бы понял, что я не Элисса.

Брандт покачал головой.

– Я слышал твой дрожащий голос. И тогда думал, что ты притворялась перед гостями.

– Я играла роль, и не более того, – поспешно возразила Майри.

Кого она пыталась убедить, себя или Брандта?

– Я делала это, чтобы Меррик и Элисса успели скрыться. И сделала бы что угодно, лишь бы помешать тебе украсть трон у Лэндера.

– Все так, но почему ты осталась на ночь?

Брандт нашел единственное слабое место в ее аргументации и воспользовался им. Его лицо сейчас напоминало непроницаемую маску. Как ему удавалось держать свои эмоции в узде, когда она не могла совладать со своими? Он мастерски возводил стены, которые ей удалось пробить лишь однажды – в их брачную ночь.

– У тебя было достаточно времени чтобы скрыться до наступления вечера, однако ты этот не сделала, – продолжил он. – Почему?

Майри гордо вскинула подбородок. Она не станет перед ним унижаться.

– Как я уже говорила, я осталась, чтобы дать Меррику время скрыться, – солгала она без малейшего сожаления.

Брандт так пристально на нее посмотрел, что ей стало не по себе.

– Ты занималась со мной любовью, пожертвовала своей девственностью ради своих родных и спасения страны? – спросил он.

Она открыла рот, чтобы возразить, но вместо этого сказала.

– Хорошо, я осталась не для того, чтобы спасти Вердонию.

Брандт усмехнулся.

– Хороший ответ.

– Ты поверил бы, если бы я сказала, что все заранее спланировала? – полюбопытствовала Майри. – Поверил бы, что в мои планы входило заняться с тобой любовью?

– Нет. – Его ответ прервал раскат грома. – Ты легла бы в постель с мужчиной лишь по одной причине.

Она сосредоточила внимание на его галстуке. Он слегка съехал набок, и это маленькое несовершенство наполнило ее желанием. Ей хотелось протянуть руку и на правах жены поправить узел. Но у нее не было таких прав. Он предпочел отдать их другой женщине.

– Если ты так в этом уверен, тогда зачем требуешь от меня ответа?

– Я хочу услышать от тебя подтверждение. Хочу услышать, что ты отдалась бы мужчине только по любви.

Он просил слишком многого. Она неистово покачала головой.

– Я осталась не потому, что любила тебя. Просто хотела попрощаться.

Ей пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы солгать, глядя ему в глаза.

– К тому времени у меня уже не осталось, к тебе никаких чувств. То, что было между нами, умерло мучительной смертью, и у меня нет никакого желания это воскрешать.

– Я тебе не верю.

Наконец ей удалось ослабить его хватку и освободиться. Но не успела она обрести долгожданную свободу, как ей снова захотелось оказаться в его объятиях.

– Верь во что хочешь, Брандт. Я приехала сюда, чтобы сказать тебе, как я тебя презираю.

– Это единственная причина?

– Нет. – Откинув назад волосы, она решительно посмотрела на него. – Я поехала с тобой еще и для того, чтобы узнать о твоих дальнейших планах.

– Относительно чего?

– Ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь, Брандт. Предупреждаю, я не позволю тебе навредить Лэндеру и моей семье.

Брандт пришел в ярость.

– И как ты собираешься меня остановить?

– Любыми доступными мне способами.

Он холодно улыбнулся.

– Ты останешься и будешь следить за каждым моим шагом?

– Поверь мне, если будет нужно, я так и сделаю.

– Прекрасно. Тогда давай начнем прямо сейчас.

Брандт снял пиджак и швырнул его на кресло. Через мгновение к ним присоединились галстук и рубашка. Майри изо всех сил старалась смотреть на его лицо, но мимолетные взгляды, которые она бросала на его обнаженный торс, выдали ее с головой. В этих взглядах отражались воспоминания о другой ночи. Они уличали ее во лжи и обжигали Брандта.

– Что ты; черт побери, делаешь? – рявкнула она.

– Готовлюсь ко сну.

Взглянув на постель, Майри быстро отвернулась. На ее щеках проступил румянец, глаза потемнели.

– В таком случае я тоже ложусь спать.

Она беспомощно огляделась по сторонам.

– Где я…

Брандт указал ей на свою постель.

– Здесь. Рядом со мной.

Майри явно растерялась. Ее удивительные глаза были так широко распахнуты, что он мог в них утонуть.

– Должно быть, ты шутишь.

– Я говорил тебе в подземном гараже, что собираюсь спать вместе со своей женой.