Как мало, оказывается, Макс знал о нем. Вот здесь Аллейн Карвер был действительно самим собой.

В дальнем конце гостиной у окна, выходящего на веранду и дальше на море, стоял обеденный стол с двумя стульями. Превосходное место для интимных ужинов при закате. В противоположном конце комнаты кожаный диван, рядом деревянный кофейный столик, на стене телевизор с большим экраном. Одну стену занимал четырехсекционный книжный шкаф, где было все, от энциклопедий в кожаных переплетах до эротической гей-прозы. Отдельный островок посередине комнаты образовывал еще стол, два легких округлых кресла и торшер. На столе – музыкальный центр и круглый стеллаж с компакт-дисками, в основном классическими.

В доме пахло табаком, марихуаной и косметикой.

Макс поискал оружие и нашел восьмизарядный револьвер «смит и вессон», приклеенный пленкой под обеденным столом. Патроны переложил к себе в карман. Он двинулся в кухню. Холодильник и морозильник полны продуктов. Его поразило изобилие свежих фруктов. Макс нашел бутылку воды и выпил половину. В углу на полке лежала стопка много раз пролистанных поваренных книг, на другой – пачка вырезанных из журналов кулинарных рецептов. Посудомойка была включена. На холодильнике Макс увидел еще револьвер. Тоже разрядил. Затем посетил ванную комнату, очень просторную. Ванна в виде бассейна, душевая кабина, полно туалетных принадлежностей, мужских и женских.

В главной спальне основное место занимала огромная кровать с медным каркасом. Из окна открывался тот же замечательный вид на море, как из гостиной. Постель разобрана, на полу разбросано белье. Большей частью женское. В ящичке рядом с кроватью обнаружился револьвер. Макс пополнил свою коллекцию патронов.

Он направился в следующую спальню. Там все было в полном порядке. У двери стоял синий туристический чемодан, рядом дорожная сумка. Чемодан заперт на висячий замок. Макс открыл сумку, в ней – билет авиакомпании «Бритиш эйруэйз», в первом классе Санта-Доминго – Лондон, на завтра. В боковом кармане Макс нашел британский паспорт на имя Стюарта Бойла. На фотографии красовался небезызвестный Шон Хаксли. Здесь он без усов и с отросшими волосами. Прическа «афро». Улыбался в объектив.

В доме было очень тихо. Слышался даже плеск волн.

Еще в одной спальне стояли два небольших чемодана, видимо принадлежащие девушкам. Там также был грязный аппарат ксерокс и коробка. Аппарат отключен от сети. Макс открыл крышку. Ничего. В коробке тоже. Он осмотрел комнату. Ничего подозрительного не обнаружил. Пригляделся к ксероксу. Отодвинул от стены. Там пыль, засохшие насекомые. Оружия нет.

Макс вернулся в главную спальню. Посмотрел в окно.

Катер возвращался.

Девушки вошли первыми. Возгласы на креольском, смех. Потом Хаксли. Говорил что-то, захлопывая дверь. Смех.

Макс находился во второй спальне, рядом с чемоданом Хаксли.

Неожиданно вспомнил о бутылке с водой, из которой пил. Она была непочатая, он ее открыл. Если они зайдут в кухню, то узнают, что в доме кто-то побывал.

В главной спальне рядом что-то глухо стукнуло, раздались голоса, короткий смех. Мимо двери прошагала девушка в шлепанцах. Вдруг ручка скрипнула. Макс прижался к стене, поднял пистолет. Тишина. Заработал кондиционер.

Он ждал.

Девушка двинулась дальше. Другая, босая, протопала по коридору в гостиную. В туалете спустили воду. Опять мимо двери прошагала та, что в шлепанцах. Наконец из главной спальни раздались игривые вскрики девушек, затем рычание Хаксли, следом стоны. Одна девушка что-то сказала, все засмеялись.

Тишина. Макс прислушался.

«Заснули, что ли? Надо пойти убрать воду».

Ладонь на рукоятке «глока» вспотела. Макс вытер ее о рубашку. «Глок» – не его любимый пистолет. Он предпочитал оружие более тяжелое и крупное. Например, «беретту», «кольт». «Глок» был похож на игрушку. Винсент Пол дал ему новый «глок» сорок пятого калибра, с тринадцатью обоймами. Такой был у Джо. Он любил «глоки», утверждал, что их едва чувствуешь в руке.

По коридору в туалет опять прошлепали босые ноги. Потом обратно. В спальне рядом разговор, хихиканье. Макс приблизился к двери. Прислушался. Что-то пробубнил Хаксли. Заскрипели пружины кровати. Макс приоткрыл дверь. Тихо. Хаксли опять что-то сказал. Снова послышались охи, стоны, все громче, пронзительнее.

Макс напрягся.

«Спокойно. Я здесь ради Чарли, чтобы узнать, где они его держат или где похоронили. Я не собираюсь мстить. Завершу дело и сразу уеду. У меня преимущество. Они не ожидают моего появления».

Опять заговорил Хаксли.

«Теперь самое время».

Макс неслышно шагнул в главную спальню. Там сцена из порнофильма. Две девушки в постели, голые, занимались лесбийскими ласками. Напротив Хаксли в кресле в желтой футболке с мотоциклетной символикой, шортах, шлепанцах, заинтересованно наблюдал с улыбкой.

Макс нацелил «глок» в его голову. Хаксли был так поглощен своим шоу, что не заметил Макса, подошедшего почти вплотную. Макс откашлялся. Одна из девушек подняла голову и вскрикнула. Хаксли уставился на Макса, решив, что это галлюцинация, которая сейчас исчезнет. Когда этого не случилось, он запаниковал. Ноздри затрепетали, глаза расширились, рот приоткрылся.