Он вгляделся в лицо Макса, ожидая реакции. Макс спокойно смотрел ему в глаза.

«Можешь поклоняться хоть тележкам в супермаркете, это твое дело…»

Макс снова посмотрел на фотографию Чарли в платье. Бедный ребенок.

– Мы его искали, – продолжил Карвер. – Всюду. Почти весь девяносто пятый год во всех газетах, по телевидению, радио каждый день объявления. Где только можно расклеили плакаты с его фотографией и обещанием солидного вознаграждения за любую информацию и много больше за самого Чарли. Как понимаете, в желающих получить вознаграждение недостатка не было.

– Что-нибудь толковое удалось узнать?

– Ничего. До вас за дело брались несколько частных детективов. С тем же успехом.

«Это он тебе бросает наживку. Не поддавайся. Зачем тебе нужно это дерьмовое соперничество?»

И все же Максу было любопытно. Сколько человек работали по данному делу? Почему потерпели неудачу?

Он изобразил на лице безразличие.

– Не станем опережать события. В данный момент мы просто ведем разговор.

Карвер, наверное, был уязвлен. Ему не часто приходилось слушать отказы. Скорее всего его окружали люди, которые заразительно смеялись его шуткам и стремглав неслись выполнять любую просьбу. Таковы они все, очень богатые, родившиеся и выросшие в роскоши. Они плавают в своих собственных водоемах и не дышат тем же воздухом, что и простые смертные. Живут в параллельных мирах, своей особой жизнью, им неведомы неудачи. Ждал ли когда-либо Карвер конца месяца, когда получит жалованье и купит себе пару ботинок? Отвергала ли его какая-нибудь женщина? Ездил ли он по городу, чтобы купить что-нибудь дешевое на распродаже? Едва ли.

Затем Карвер сказал Максу об опасности, если он возьмется за расследование. Намекнул, что с его предшественниками случилось нечто ужасное. Но Макс по-прежнему не поддавался на провокации. Он шел на встречу с Карвером на тридцать процентов уверенный, что не возьмется за работу. Теперь процент повысился до пятидесяти.

На Карвера произвело впечатление его безразличие, и он перевел беседу на Чарли. Как ребенок начал ходить, какой у него обнаружился замечательный музыкальный слух. Потом начал рассказывать о Гаити. Макс слушал с притворным интересом, а сам пытался кое-что сообразить.

Ничего не получалось. Просматривались лишь два очевидных мотива похищения ребенка – деньги и какие-то дела, связанные с этим самым вуду. Но поскольку требование выкупа так и не поступило, то, видимо, следует предполагать второй мотив. О вуду Макс знал немного больше, чем показал Карверу.

Кстати, а может, и Карвер тоже знает много больше? Например, о Соломоне Букмане? Наверняка знает. Как может не знать, если на него работал Торрес? О чем еще осведомлен этот надутый богач? Не припрятано ли у него что-нибудь в рукаве?

Макс не любил начинать работу с недоверия клиенту.

Он пообещал Карверу подумать над предложением. Тот вручил ему свою визитную карточку и попросил дать ответ не позднее, чем через сутки.

Макс ехал в отель на такси, разложив на коленях фотографии Чарли Карвера. Размышлял о десяти миллионах долларов и о том, что мог бы с ними сделать. Продать дом и купить апартаменты где-нибудь в тихом приличном месте, например в Кандле, фешенебельном пригороде Майами. Поселиться в курортном местечке на острове. Или вообще уехать из Майами.

Потом Макс начал думать о Гаити. Взялся бы он за это дело до тюрьмы? Да. Его привлекла бы сложность задачи. Никаких юридических препятствий для расследования, просто загадка в чистом виде, работа для мозгов, возможность помериться умом с серьезным преступником. Но его талант сыщика чах в тюрьме от неупотребления, так же, как мускулы слабеют, если их не нагружать. Очевидно, такое дело теперь ему не по зубам.

В номере отеля Макс поставил фотографии на стол, прислонив к стене, и пристально вгляделся.

У него не было детей. Он не хотел их иметь. Дети раздражали его. Макс не находил себе места, если рядом плакал ребенок, а родители не желали или не могли утихомирить его. Но по иронии судьбы почти все его дела, как частного детектива, были связаны с пропажей детей, иногда совсем маленьких. И он их находил – живых, а иногда, к несчастью, мертвых, – но находил. Всегда. Хорошо бы отыскать и Чарли. Но здесь его может ждать провал. Эти глаза, так по-взрослому смотревшие на него, с какой-то странной укоризной… Макс расхаживал по комнате, а они всюду находили его и призывали. Необыкновенные, магические глаза.

Чарли Карвер умолял Макса вызволить его.

Макс вышел на улицу, хотел найти какой-нибудь тихий бар, где можно спокойно выпить и обдумать ситуацию. Но повсюду, куда он ни заходил, было полно людей, причем молодых, веселых и шумных. Везде праздновали. Билла Клинтона переизбрали президентом. Максу было на это плевать. Он решил взять бутылку виски в винном магазине.

Выискивая магазин, Макс случайно столкнулся с парнем в белом пуховике и лыжной шапочке, надвинутой на глаза. Из куртки парня что-то выпало. Прозрачный пластиковый пакет на плотной застежке с пятью жирными косяками марихуаны. Макс поднял его и повернулся, чтобы отдать, но парень уже исчез в толпе прохожих.