Он посмотрел под ноги и обвел своего коня вокруг воронки в плитах мостовой. Проехав дальше, Аш обратила внимание, что стены сложенной из песчаника церкви усеяны выбоинами.

— Тутошние жители начали перебираться в юго-восточный сектор города, — добавил Ансельм. — Ради безопасности. Ну, с начала октября готы разошлись вовсю — всеми силами стараются достать юго-восточный сектор. И камни запускают. И греческий огонь. Имея их военные машины с големами — еще бы им не достать дотуда! Им просто нужна была возможность согнать всех жителей в одно узкое место… Тут много и бургундского войска погибло. И вот с тех пор у нас такая загадка: «Отгадай, какая сегодня цель и где в этом городе ты хотел бы ночевать сегодня?»

— Однако башня, где наш отряд, вроде бы в порядке.

— Хозяева разместили бойцов в таких квартирах, которые выдержат бомбардировку. — Он искоса поглядел на нее. — Потом готы начали практиковать атаки на стены. Ну, это было круто. У крысоголовых огромные потери — причем без необходимости. Они строят два-три больших подкопа. Хотят прорваться в районе северо-западных ворот. Ты где входила? Вот как раз там. Ты спустись к основанию надвратной башни — и запросто их голоса услышишь. Им совсем не надо больше взгромождаться на стены!

— Сколько еще выстоит этот город? На такой прямой вопрос Роберт Ансельм не ответил. Посмотрел на нее, медленно улыбаясь:

— Ради Господа, девочка, ты выглядишь по-другому, но ты, похоже, не изменилась. Карфаген не очень-то изменил тебя.

— Конечно, нет. Просто далеко пришлось ехать, чтобы подстричься, вот и все.

Они обменялись взглядами.

Сильный ветер развернул знамя ее отряда над головой. Окружавшие ее подсознательно немного ускорили шаг. Она не возражала.

— И все же — как часто готы пытаются взобраться на стены?

— Ну, они не полагаются на то, что город падет от голода и болезней. У северо-восточных ворот было жарко, — признал Ансельм. Он поднял руку, всю в рубцах, какими бывают руки кузнецов или фермеров, давая знак знаменосцу замедлить свой несколько поспешный шаг. — Ты говорила с их командиром. Крысоголовым нужен Дижон. Им плевать на Антверпен, Брюгге, Гент. Я так думаю, что им нужен герцог — если он до того не умрет от ран. Это значит — атаки. Их проводят каждые несколько дней. Ночами. Охренеть, до чего глупая тактика осады.

— Угу, согласна. Но, заглядывая сюда, они соображают, что их больше, чем бургундцев, раза в четыре или пять…

Режущий холодный ветер сек лицо. Рваные облака над головой бежали на юг, гонимые сильным ветром. Теперь впереди, над головами бургундского эскорта, замаячил белый фасад — Зал гильдий? Она не узнавала того, что видела летом. Группа всадников остановилась. Впереди себя Аш увидела командира бургундцев: он вступил в беседу с кем-то в гражданском у подножия лестницы, ведущей в Зал гильдий.

— Нас бы устроила прочная крыша над головой, — пробормотала она, придерживая Оргайла. — Хотя бы пока какой-нибудь тип не сбросит на нее скалу весом в тонну…

— Вроде пора двигаться, командир… — проворчал знаменосец.

Их, очевидно, задержал какой-то спор об этикете: когда они спешились и вошли в зал виконта-мэра, под расписанным куполом зала прозвучал горн герольда.

Дворяне, купцы, мэр Дижона подняли головы со своих мест за длинным березовым столом. В комнате, увешанной гобеленами, стоял гул голосов. Здесь было много людей в гражданском и военных в полном снаряжении. Женщин было немного, как догадалась Аш по мелькавшим в толпе выкрашенным хной прическам: жены купцов, независимых торговцев, мелких дворян. Она обратила внимание на камзолы офицеров: не все были бургундские. «Интересно — французы? немцы?» — гадала она.

— Благородные беженцы, — Ансельм вложил в эти слова весь свой цинизм.

— Которые хотят продолжать войну против визиготов?

— Они так заявляют.

Оливье де Ла Марш, в полном боевом снаряжении, встал с государственного трона, рядом с ним был гофмейстер-советник Тернан. Оливье показался Аш усталым, был немыт и вовсе не похож на того, кто командовал армией герцога бургундского при Оксоне. Она нахмурилась.

— Как заместитель герцога, — сказал без всякого вступления Оливье де Ла Марш, — я приветствую героя Карфагена в наших рядах. Мадам капитан Аш, мы приветствуем вас и ваших людей. Просим, просим!

Де Ла Марш формально поклонился ей.

— Чего?.. — Аш с трудом удержалась, но сохранила бесстрастное выражение лица. — «Смотри ты, герой Карфагена!» — она неловко ответила на поклон, как всегда, не зная, может правильнее было бы сделать книксен. — Спасибо, милорд.

Места в верхнем конце стола быстро освобождались. Она уселась, бормоча едва слышно своим офицерам: «Герои Карфагена? Герой!»

Лицо Роберта Ансельма помолодело лет на двадцать, он подавил смешок:

— Никаких вопросов ко мне. Только Господь Бог знает, каким путем сюда дошли слухи!