— Дижон выстоит.

Она не могла скрыть своего скепсиса. Она ждала его гнева. Но он ничего не сказал. Вдруг испугавшись, она бросила:

— Я не для того вытащила своих людей чуть ли не из ада, чтобы они погибли на стенах вашего города!

Казалось, он не обиделся.

— Интересно. Не таких слов я ждал от командира наемников. Я ждал, что вы скажете — как говорил Кола де Монфор, уходя, — что война — это хорошо, она хороша для бизнеса, и сколько бы людей ни погибло, удвоенное количество слетится на их место в удачливый отряд. Вы говорите, как феодал, будто между вами лояльность обоюдна…

Аш поняла, что сделала неверный шаг, и не сразу нашла слова для ответа. Но все же выкрутилась.

— Я знаю, что мои люди погибнут. Это наша работа. Но я не намерена попусту растрачивать свой золотой фонд, ваша милость.

Она упорно не сводила глаз с него, не желая ни на долю секунды признаваться себе в грызущем ее ужасе.

— Ваш отряд состоит из каких людей? — потребовал герцог. — Откуда родом?

Чтобы побороть внезапную дрожь в руках, Аш скрестила их перед собой. Мысленно пролистала списки личного состава, как успокаивает нейтральное звучание написанных на бумаге и прочитанных ей имен.

— В основном англичане, уэльсцы, немцы и итальянцы, ваша милость. Несколько французов, пара швейцарских стрелков; остальные сброд всякий.

Она не задала вопроса: «Зачем вам это?», но он ясно читался в выражении ее лица.

— Но у вас же были мои фламандцы?

— Перед Оксоном я разделила отряд. И те фламандцы теперь наняты Фарис, ваша милость. Приказами одними ничего не добьешься, — добавила она. — Ван Мандер был не моим человеком. А мне нужны люди, которые дерутся потому, что сами хотят, а не потому, что они обязаны.

— И мне тоже, — подчеркнуто произнес герцог.

Аш почувствовала, что ее загнали в ловушку этими разговорами. И внесла необходимое уточнение:

— Здесь, в Дижоне, вы хотите сказать.

Лицо Карла напряглось. И на лице его больше не было заметно никакого проявления боли. Он поискал глазами пажа, который вытер бы ему пот со лба, но всех пажей отослали, и он сам провел рукавом по лицу, утирая губы, и поднял на нее свои темные глаза с решительным выражением.

— Прежде всего я скажу вам худшее. Ваши люди будут распределены среди моих, по одному на пять или шесть, — резким взмахом головы в указал на своих капитанов, находящихся в этой же комнате, подальше от них. — Вас я хочу ввести в военный совет, капитан, поскольку ваш отряд составит значительную часть сил обороны. Если я не всегда приму ваш совет, я его по крайней мере выслушаю.

Именно такое уважение он бы выразил капитану-мужчине.

— Да, ваша милость, — сдержанно ответила она совсем нейтральным тоном.

— Но в таком случае вы скажете, что вы и ваши люди, тем не менее, сражаются только потому, что это ваш долг. Потому что вы должны воевать, чтобы прокормиться.

«Да, ты неглуп». Аш встретилась глазами с его проницательным мрачным взглядом. Он старше ее ненамного; лет на десять-двенадцать. note 34 Глубокие морщины избороздили его лицо, спускались вниз от краешков губ, — это результат бремени власти, а в последнее время — боли, вызванной ранением.

— Ваша милость, я наемник. Если увижу, что моим людям лучше уйти, мы уйдем. Это не наша война.

— Поэтому я хочу предложить вам контракт.

— Но я не могу его заключить, — тут же ответила она, отрицательно покачав головой.

— Почему нет?

Аш взглянула на мощного стрелка, стоявшего позади герцога, и у нее мелькнуло сомнение — будет ли он помалкивать, но тут же она одернула себя: «Еще до обедни note 35 ярмарка слухов все пустит по городу, что бы я ни сказала».

— По одной-единственной причине: я подписала контракт с графом Оксфордом, — обдумывая каждое слово, проговорила Аш. — И сейчас я на его службе. Если бы я точно знала, ваша милость, где он находится, я была бы обязана или получать его приказы, или взять свой отряд и направиться к нему для воссоединения. Но дело в том, что я не знаю его местонахождения, и даже — жив ли он; от Карфагена до Босфора чертовски далеко, особенно сейчас, в военное время, и когда такая морозная зима, и кто знает, каково настроение султана? Я догадываюсь, что милорд Оксфорд лучше знает, где нахожусь я. Может прислать мне известие сюда. А может и не прислать.

Но герцога, казалось, не удивило ни одно ее слово. По крайней мере, его разведка действует.

— Я хотел бы знать, что бы вы окончательно мне ответили на мое предложение о контракте.

«И я хотела бы».

Она почувствовала, что у нее сильно забилось сердце.

— Ведь я вас спас от рук визиготов, капитан, прошлым летом, — Карл наклонился вперед в своей постели, как будто у него заболела спина. — Вы не считаете себя обязанной мне?

— Разве только лично, — она проговорила это неуверенно, но решилась на этом стоять и впредь. — Дело есть дело. Неважно, что там было в Базеле, я контрактов не нарушаю, ваша милость. Мой наниматель — Джон де Вир.