И он начал быстро и прямо из головы набрасывать план проповеди на обратной стороне конверта.

"Любовь:

радуга

утр. веч. звезда

от колыбели до могилы

вдохновляет искусство и т. д. Музыка - голос любви. Пройтись насчет атеистов и пр., кот. не

умеют ценить любовь".

–  Вы, случаем, не журналист, брат?
– раздался рядом чей-то голос.

Элмер покосился на своего соседа - щуплого человечка с красным носом, красноречиво свидетельствующим о склонности к виски, и лучиками веселых морщинок в уголках глаз. Человечек был одет, пожалуй, даже щеголевато, и на нем был красный галстук, который в 1906 году все еще считалось приличным носить лишь социалистам да пьяницам.

Элмер сразу смекнул, как славно можно было бы провести время с таким вот малым, как этот. Скорее всего, коммивояжер. Что лучше: держаться с ним запросто или заговорить о спасении души и наблюдать, как он будет ежиться?… Черт возьми, он еще успеет наговориться на религиозные темы в Монарке! И с самой дружеской, простецкой улыбкой Элмер Гентри отозвался:

–  Нет, не журналист - вроде того. Жарко-то как, а?

–  Да, жарковато. Давно живете в Вавилоне?

–  Нет, не очень.

–  Славный городок. Деловой.

–  Ого! И девочки тоже ничего!

Человечек захихикал:

–  Ну да! Правда? Может, дадите адресок? Я сюда заезжаю каждый месяц, а юбчонку еще до сих пор не присмотрел. А городишко и вправду ничего. Деньжищ здесь куры не клюют.

–  Да, сэр, уж это точно. Городок подходящий. Бойкий. Дельце можно обстряпать в два счета. И денег хватает.

–  А, между прочим, говорят, - заметил человечек, - что в Вавилоне имеется и фабрика, где готовят священников - ну, вы знаете…

–  Серьезно?

–  Факт! И знаете что, брат, сейчас вы будете смеяться… Знаете, что я скачала решил? Сидит, вижу, в черном костюме и что-то строчит на бумаге! Не иначе, думаю, священник.

–  А, - кхм…

Нет, это уж просто выше сил. Хватит с него! И так каждое воскресенье в Шенейме приходилось разыгрывать из себя праведника, а тут еще этот староста Бейнс поминутно задавал дурацкие вопросы: то о предопределении, то еще о какой-нибудь чепухе… Надо же когда-то и отдохнуть! К тому же такой свойский малый, как этот, и не плюнет в твою сторону, если признаться, что ты священник.

В поезде стояли лязг и грохот. Так что если даже какой петух по соседству и прокричал три раза, то Элмер так или иначе все равно не мог этого услышать.

–  Ха, и придет же в голову!
– громко ответил он, и на лице его изобразилась глубокая скорбь.
– Этот черный костюм я надел в знак траура по очень близкому мне человеку.

–  Ох, простите, брат, бога ради. Вечно скажешь не то…

–  Ничего, ничего.

–  Ну, тогда вашу руку, и я буду знать, что вы на меня не сердитесь.

–  С удовольствием.

От человечка разило виски, и Элмер жадно вдыхал этот запах. Как давно у него не было во рту ни капли спиртного! Целых два месяца. Правда, послушная Лулу пару раз нацедила ему украдкой крепкого сидра из отцовского бочонка, а так - ни глотка!

–  Так чем же вы занимаетесь, брат?
– спросил человек.

–  Я, знаете, по части обуви.

–  О-о, это дело хорошее! Да, сэр, без обуви не обойдешься - есть деньги, нет - все едино. Ну, а меня зовут Эд Лоукуст… Подумать только: назвать ребенка Эдни! Представляете? Ничего себе, подходящее имечко для человека, который любит погулять в своей компании, любит повеселиться!… Ну, вы-то меня можете звать просто: Эд. Я коммивояжер фирмы Пикот. Продаем сельскохозяйственный инвентарь. Замечательная фирма! Отличные ребята! Да, сэр. На таких стоит работать! Да, сэр. Наш коммерческий директор - вы не поверите, перепьет кого хочешь из своих служащих, а уж мы насчет выпивки, будь уверен! Да, сэр, дурацкая это идея, с которой носятся сейчас несолидные фирмы: мол, что пьешь с клиентами, что нет - все одно, разницы нету… Вздор! Говорят, это все Форд болтает - ну, этот тип, что выпускает автомобили. Так вот, попомните мои слова: к тысяча девятьсот десятому году этот Форд прогорит, как миленький. Вот помяните мое слово! Да, брат. Вот компания Пикот - это другое дело. Это, понимаешь, фирма так фирма. И, между прочим, на той неделе у нас торговое совещание в Монарке.

–  Да ну?

–  Да, сэр, торговое совещание, вот оно как. Ну, знаете, будут говорить, как выжать деньги из покупателя, когда у него денег нет. Хе-хе! Да только кто всю эту муру будет слушать? Наши ребята найдут себе занятие поинтереснее: выпьем как следует, повеселимся - и сам коммерческий директор от нас не отстанет, будьте покойны. Знаешь что, брат… ты прости, я твое имя не разобрал.

–  Элмер Гентри. Очень рад познакомиться.

–  И я очень рад, Элмер. Так вот, Элмер, знаешь что? У меня тут в кармане припрятана бутылочка такого виски, какого ты в жизни не пробовал - и никто такого не пробовал. Ты вот работаешь по обувной части и, небось, человек солидный - еще, чего доброго, упадешь в обморок, если я тебе предложу глотнуть кой-чего от кашля - а?

–  Это уж определенно - упаду. Угадал в самую точку.

–  Ну, слушай, как же - такой здоровый парень. Надо все же уметь с собой справляться.

–  Уж я постараюсь, Эд, ты только держи меня за руку.

–  О чем разговор, конечно, поддержу!

Эд вытащил из привычно оттопыренного кармана пинту Грин-Ривера. Оба благоговейно приложились к горлышку.

–  Слыхал когда-нибудь морскую застольную?
– спросил Элмер. Он чувствовал себя таким счастливым, словно после долгих и томительных странствий вернулся в родимый дом к любимым и близким.