– Ой, милый, что с тобой случилось? – Тэсс принялась ласкать и целовать член Джереми, одеяло сползло с его тела, и он почувствовал такой стыд и отвращение, что готов был умереть на месте. Он отпихнул ее и резко встал с кровати.

– Доверься мне, я справлюсь с этой проблемкой. Просто расслабься и позволь мне заняться тобой, – она вдруг рассмеялась, показывая на него пальцем. – Да ты ведь еще совсем малыш. У тебя это в первый раз, наверное…

Но он уже не слышал, что она говорит. Он задыхался от ее духов и прижимал одежду к себе. Дверь ванной была открыта, и он бросился туда, еле успел добежать до унитаза, и его вырвало.

Прощаться или вообще что-то говорить ей он был не в силах. Он оделся, спустился и вышел из дома. Она наверняка планировала отвезти его домой и, возможно, – он, правда об этом даже не подумал, – собиралась назначить ему еще одно свидание. Но Джереми сел на автобус и добирался домой очень долго, попав в дорожную пробку. Всю дорогу он думал о случившемся, и это последний раз, когда он об этом думал. Он не вспоминал о том случае вплоть до сегодняшнего дня.

Его подсознание оказалась достаточно сильным, чтобы похоронить пережитый опыт. Оно как будто наложило пластырь на рану, чтобы та не открылась снова, но аромат в магазине содрал этот пластырь, и так резко, что Джереми потерял сознание.

Теперь он все знал. Он знал, что ее слова и смех, его поражение и стыд так сильно повлияли на него, что жизнь его изменилась и перешла на новый уровень. А сегодня он снова попал в прошлый, другой мир. И все из-за аромата, который вернулся через треть века.

Думая об этом сейчас, он понял, почему убивал девушек, оказываясь за ними, а не впереди. У всех были одинаковые духи. Духи, которыми пользовалась Тэсс. Когда-то популярные, потом надолго вышедшие из моды и снова появившиеся в продаже два года назад. Именно этот запах шлейфом летел за ними, и он его улавливал, каким бы слабым ни был аромат. Джереми попадался в ловушку, подсознание напоминало ему о том случае и заставляло совершать ужасные вещи.

Итак, теперь он все знает, но сможет ли остановиться?

Инес не хотелось привыкать проводить праздники с сестрой и зятем, и на этот раз она решила сходить одна в кино, а после, вечером, посмотреть видео с Форсайтом, чтобы смягчить впечатление от фильма, который наверняка принесет разочарование. Она отругала себя за негативное отношение к жизни, но своих планов не изменила. На Вест-Энде будет полно народу, желающего увидеть празднования Золотого Юбилея, [17] и Инес решила обойти эти места стороной и сходить в кинотеатр на Бейкер-стрит. Она никак не могла отделаться от неприятного чувства, когда думала о том, что в этом году два праздника идут подряд – беспрецедентный феномен в истории Британии.

На острове Мэн было солнечно, но холодновато. Фредди с Людмилой каждый день ездили на автобусные экскурсии, но избегали созерцать достопримечательности, посещать музеи, церкви и старинные дома. Они не гуляли по пляжу и оставляли свои места в автобусе только для того, чтобы сходить в магазин или съесть по огромной пицце или гамбургеру. Фредди всем подряд рассказывал, что они с Людмилой молодожены, и эта новость сделала их популярными. После приезда Фредди хвастался, что ему не приходилось платить за выпивку. Его невеста считала, что все это смешно и незначительно: она ведь уже не однажды выходила замуж, и кто знает, сколько еще мужей у нее будет?

Алджи повел Зейнаб, детей и миссис Шариф на Молл-стрит, смотреть, как на дворцовый балкон будет выходить королевская семья. Рим Шариф, будучи энтузиасткой-патриоткой и монархисткой, обильно проливала слезы на бинокль, когда пели гимн. Алджи был потрясен. Он ни разу не видел ее плачущей. В толпе, недалеко от них, стояли Анвар Гош, Кифер, Джулитта и Флинт, и хоть Анвар и узнал Зейнаб, но виду не подал. Сосредоточился на завязывании собственного галстука на шее Джулитты, чтобы скрыть под ним бриллиантовый кулон.

– Что за хрень такая! Я и так подыхаю от жары, уже дышать не могу, – ворчала Джулитта.

– Девушка, которой он принадлежит, стоит поблизости.

– Что? Где?

– В толпе.

– Говорил же тебе не надевать его, идиотка, – выругался Флинт.

– Она и не будет, с сегодняшнего дня, – Анвар все еще оглядывался в поисках Зейнаб. – Я его загоню завтра же.

Он говорил уверенно, но про себя сомневался в том, что один его знакомый из Клеркенвелла согласится принять кулон. Вряд ли они там когда-нибудь видели такую дорогую вещицу. Что ж, подождем и подумаем. А сейчас будем радоваться тому что есть. Анвар верил в «здесь и сейчас», и если бы у него имелся девиз, то только «лови момент». Они четверо потратили уже кучу денег Джереми Квика, и собирались продолжить проматывать их в клубах и ресторанах, как только Джулитта удовлетворит свою страсть к созерцанию принца Уильяма.

В пятницу Джеймс позвал Бекки в ресторан и провел с ней ночь на Глостер-авеню. И хотя она его предупреждала, что Уилл придет в понедельник, Джеймс забыл об этом, долго валялся в постели утром, и когда Уилл прибыл, как раз принимал душ. Бекки он позже объяснил, что ушел бы и раньше, но предоставил свою квартиру друзьям, которые приехали с севера, специально на праздник.

Ее с самого начала возмутило поведение Джеймса в компании Уилла. Он не обращал на него внимания, хмурился, с головой уходил в разгадывание кроссворда, жаловался Бекки, что она не может уделить ему и минуты. Зато Уилл до последнего времени вел себя в его компании непринужденно, словно был дома вдвоем с Бекки или Ким. Но в тот понедельник она заметила перемену.