Снова началась беготня за деньгами, но на этот раз он потратил только полтора дня. Собирая банкноты в разных отделениях своего банка и в банкоматах, он думал о том, что эти ушлые ребята почти ничем не рискуют. Если бы он обратился в полицию, поговорил с Криппеном или с Зулуетой – пришлось бы объяснять, что именно у него украли, и тем самым вынести себе приговор. Отдав этой шпане пять тысяч, он останется почти с такой же суммой, но в инвестициях. Когда и эти деньги кончатся, ему придется продать машину и даже дом. Он приказал себе не думать об этом, а сначала сходить в кинотеатр и отдать деньги. Ведь мужчина с его умом вполне способен обмануть девушку в черном балахоне и ее дружка, если такой имеется.

Когда Уилл вернулся от Бекки на Стар-стрит, они с Ким пробыли вместе вечер и ночь, после чего Ким собрала вещи, чтобы уйти. За день до этого, ожидая Уилла часам к трем или четырем, она принялась за уборку, намереваясь обустроить комнату и кухню «по-домашнему», как любила говорить ее мать. Квартира и так была чистая, но Ким все равно взялась за пылесос и тряпку. Она купила розовые тюльпаны и белую сирень, расставила цветы в двух емкостях, какие смогла найти, – одна из них оказалась корзиной для бумаг. Затем, подобно домохозяйке сороковых годов, она приняла душ, надела полупрозрачное летнее платье, которое купила в субботу. Внезапно вспомнила, что не сменила постельное белье на кровати Уилла, а это было важной составляющей ее плана.

Волосы ей сегодня уложила личный парикмахер ее матери. Обычно Ким почти не пользовалась косметикой, но на этот раз подкрасилась с особой тщательностью, позаботилась и о ногтях. Взглянув на себя в единственное зеркало, висящее в ванной комнате, она сделала вывод, что похожа на Синди Кроуфорд, только моложе.

Бекки привезла Уилла на три часа позже, чем ожидала Ким. К тому времени курица перегрелась, картофель потемнел в духовке, а Ким решила смыть макияж. Ее злость разжег тот факт, что с Уиллом пришла Бекки. В его возрасте неприлично ходить повсюду в сопровождении тетушки, похожей на несушку, кудахчущую вокруг цыпленка.

– Вы так поздно, – Ким поняла, что говорит, как ее мать.

– Но мы же не обещали, что придем в какое-то определенное время, да? – ответила Бекки.

– Уилл сказал, что не будет задерживаться. Он сказал это в пятницу.

Бекки открыла холодильник, достала бутылку вина и вытащила пробку. Она сама поставила бутылку туда, потому что Уилл не пил, да и Ким тоже редко себе это позволяла. Но сейчас девушка согласилась выпить бокал вина, предложенный Бекки. Ей это было необходимо.

– Семь вечера – это не так уж поздно, – мягко проговорила Бекки. Она очень быстро выпила свое вино, налила еще и отметила, что в квартире стало очень уютно. Ким это понравилось, она постепенно успокоилась, но все равно хотела, чтобы Бекки поскорее ушла. Зачем она здесь торчит? У нее есть свой дом и свой мужчина.

Но Бекки принялась болтать, сказала, что рада познакомиться с Ким получше, что Ким выглядит потрясающе, что в доме приятно пахнет ужином, но они с Уиллом поели перед уходом. Ким выключила духовку и, как только Бекки ушла, выбросила всю еду в мусорное ведро.

К тому времени Уилл уже полчаса как смотрел телевизор. Он улыбнулся Ким, сказал «привет», но больше не промолвил ни слова.

Она уныло села рядом и посмотрела сериал, за которым не следила, и ничего в этой серии не поняла. Да и не старалась. Она думала о своем плане. А не ошибается ли она насчет отношения к ней Уилла? Всю эту неделю они сидели на диване вместе, она держала его за руку, и он не возражал. Однажды вечером, перед сном, Ким обняла его, и он обнял ее в ответ, очень крепко, как это делает ее маленький племянник, если она его чем-нибудь угощает. Это сравнение ей не понравилось, разве можно думать о мужчине шести футов ростом, которому каждый день приходится бриться, как о ребенке?

Ким взяла Уилла за руку, и он улыбнулся ей. Сериал кончился и начался другой, в этот раз полицейский. Затем новости. Новости Уилл терпеть не мог и переключился на шоу со старым комедиантом и группой голоногих девушек в блестящих бюстгальтерах.

– Ты еще не устал? – спросила Ким. – Уже поздно.

– Хочу досмотреть эту передачу. Я пойду в кровать, как только она кончится. Честно.

Ким снова вспомнила своего восьмилетнего племянника. Она пожалела, что эта мысль пришла ей в голову, теперь она не могла от нее отделаться, и все, что бы ни говорил Уилл, казалось ей словами маленького мальчика: «Сейчас, уже иду, я же сказал, что уже иду». Но наконец передача закончилась, Уилл послушно выключил телевизор и пошел в ванную. Она погасила свет, оставив только настольную лампу, и задернула штору у своей кровати, чтобы надеть новую бледно-голубую ночную рубашку. Он не заметил ее платья, но, может, хоть это заметит.

Но когда он появился в своей пижаме, она вдруг застеснялась и быстро встала за шторой. Сердце бешено колотилось. Она услышала, как Уилл ложится. Он выключил лампу, и стало темно. Этого она не планировала, но включить снова свет не решилась. Она уже почти сдалась, но вдруг подумала: если я этого не сделаю, то не смогу здесь оставаться. Это будет так приятно, я просто покажу ему, что хочу этого… он ведь тоже, наверное, хочет. Пять минут, и все изменится.

Она вышла из-за занавески, подошла к его кровати и прошептала:

– Уилл, Уилл…

– Что такое? – сонно отозвался он.

– Можно я лягу рядом с тобой?

Она не дождалась ответа, отбросила одеяло и забралась в его постель. Он должен был обнять ее. И тогда она позволит ему снять с нее рубашку. Ему понравится. Она положила руку ему на грудь и потянулась губами к его губам.

То, что произошло, оказалось хуже всего, что она могла ожидать. Он резко отвернулся, так, что ее лицо уткнулось в его густые светлые волосы, и отпихнул ее руки.

– Я не люблю, чтобы другие люди лезли в мою кровать, – лбом он уперся в стену, а колени притянул к подбородку. – Уходи, уходи.