— Не стоит. Похороните так, что бы ящеры не нашли его.

— Это просто. Бросить в муравейник, и за час от него не останется ничего. Боюсь, только, что такой метод вызовет упадок духа у моих солдат.

— Да, ты полностью права. Похорони ее, как полагается солдату, с почестями. Только могилу замаскируй получше. Ванесса, мы сделаем все, чтобы вытащить вас с планеты.

— Полковник, то есть, господин генерал, может, этого как раз не надо?

— Как это?

— Бросьте нас тут, не стоит цена каких-то трех сотен распутных девок жизни семи миллионов землян. Стартуйте, а потом мы покажем этим ящерицам, что мы умеем делать не только детей.

— Не говорили глупостей, капитан Райт. Мой приказ — оставаться живыми и невидимыми. Ванесса — вспомни, как нас тогда эти же твари зажали на Балканах. Ты помнишь бои в Дальних пещерах?

— Да. Такое никогда не забыть.

— Тогда казалось, что выхода нет. Но мы нашли его, мы выжили. Так что держись. У нас все еще впереди.

— Хорошо, мы попробуем выжить.

Она отключила рацию, подошла к своим солдатам, оглядела измученные, потрясенные лица своих бойцов.

— Так, солдаты, хватит раскисать. Умереть, рано или поздно, придется всем, и, слава богу, никто не увидит своего трупа со стороны.

— А как же светлый туннель? Свое тело со стороны? — Робко спросила одна из девушек. Райт отмахнулась.

— Ерунда все это. Я умирала дважды, но не видела никакого туннеля. Берта и Лоран — ройте могилу. Остальным разделать жука, запастись мясом. Растянуть тенты и начать жарить мясо установленным на минимальную мощность бластером. Тащить его в сыром виде опасно, эти насекомые твари чуют запах крови за много миль. Третий взвод, собрать все гильзы и утопить в червячной норе.

Через полчаса тело Инессы Миллер, завернутое в палатку, положили в вырытую яму, полную воды, закидали землей. Ванесса сказала короткую речь.

— Она погибла сегодня, завтра так же внезапно может погибнуть любой из нас. Но мы все должны честно и до конца исполнить свой долг — ради будущих поколений, которых нам еще надо нарожать. Берегите себя — девушки. И — вперед!

Они отошли от захоронения метров на сто, когда и так еле заметный бугорок могилы резко осел, и провалился. Земляной червь учуял запах свежей падали и пришел за своей законной долей.

В это время на линкоре во всю шло приготовление к хитроумной операции, разработанной штабом. Собственно, идею подал Соболев. А перед этим после многочасовых, мучительных обсуждений, казалось, что все уперлось в полную безнадежность.

— Мы не можем даже дернуться из-за этого эсминца. А эсминец мы не можем уничтожить потому, что пострадает и линкор. Тогда нас накроют всем флотом. Просто замкнутый круг какой-то, — подвел итог Луи Фиш.

— Это все потому, что у нас нет сигарет, — со злостью сказал генерал Клебанов. — Был бы табак, сразу бы до чего-нибудь додумались. Майдачный, Валерка, — генерал перешел на русский язык, — давно надо было синтезировать какой-нибудь заменитель курева. Чем вы там занимаетесь? Фигню всякую делаете!

— Если бы вы изобрели табак, то сейчас тут бы нечем было дышать. Дымина стояла бы такая, хоть топор вешай, — устало сказал Соболев

— Да, курить хочется — как из пушки, — согласился сам Майдачный. — Я тут недавно во сне реально курил «Мальборо». Даже почувствовал его вкус.

— "Мальборо"? Может "Приму"? — поддел его Клебанов. Ученый не возражал.

— Я бы не отказался сейчас бы и от "Примы".

— А я от «Винстон», — сообщил Маккормик, уловивший суть разговора русских.

— А я больше всего в пору кадетства любил «Кэмел». Потом бросил, — понял и поддержал тему Райт.

И в ту же секунду в голове Соболева мелькнула та самая, единственно реальная мысль. Его соседи еще обсуждали преимущества уже несуществующих сортов сигарет, а он затаил дыхание, стараясь не спугнуть эту самую, невероятно простую и столь реальную идею.

"Завеса, дымовая завеса… Отвлекающий маневр".

— Все! Я, кажется, придумал, — сообщил он.

— Что придумал, Саша, чем нам заменить табак? — Пошутил Зорич.

— Нет, как раскрутить эту ситуацию. Только шансов, что все сойдется опять же очень немного.

Он долго и подробно рассказывал собравшимся о своей идеи. Все молчали несколько минут, потом Райт сказал: — Сложно. Обломиться может в любой точке. Но… Надо попробовать. Как вы там, русские, говорите: "Чем черт не шутит…"

— Пока Бог спит, — закончил цитату Клебанов.

И вот сейчас на Ковчеге полным ходом шло массовое переселение народов. В очередной раз Курт Манштейн утрамбовывал отсеки. За эти полгода какие-то из них уплотнились до полной загруженности, другие, наоборот, наполовину опустели. Все было в этом желании человека видеть в соседях своих земляков, с одним языком, и даже, желательно, из одной местности. И вот теперь Курт забивал эти дыры народом с одного из эсминцев. Сто тысяч человек переходили на новое место жизнеобитания. Все это сопровождалось всеобщим недовольством и массой конфликтов.