Шрифт:
— Ну как, как… копытом… Я, правда, очень хочу спать. Мне не надо щей.
— Как лошадь может наступить на плечо? Ты что, лежал на земле?
— Я упал. А она на меня наступила.
— Ты упал с лошади?
— Нет. Верней, да, я сначала упал с лошади. Подо мной упала лошадь. Но это до того. А потом… А потом лошадь… — Млад снова зевнул, — а потом лошадь на меня наехала… и я упал…
— Чудушко мое… — Дана покачала головой, — пойдем спать. За всю мою жизнь мне еще не встречался человек, которому на плечо наступила лошадь.
— Ты просто не видела, как конница врезается в строй копейщиков… — вставил опытный в военном деле Ширяй.
— Родомилу надо сказать… — Млад поднялся и едва не сел обратно, пошатнувшись, — Ширяй, сбегай к Родомилу. Скажи…
— Родомил Малыч без сознания, у него горячка ночью началась. Мы к нему каждые полчаса бегали, — отозвался Ширяй, — к нему сам доктор Велезар приезжал… И завтра еще приедет. Я с ним поговорил, представляешь?
— Хорошо. То есть, ничего хорошего, конечно… — Млад дошел до дверей спальни, — завтра.
— Млад Мстиславич, а щи? — Добробой стоял с горшочком в руках и обиженно смотрел на него.
— Завтра.
9. Коляда
Млад проснулся ближе к полудню и был уверен, что еще спит: из сеней раздавалось отчетливое и громкое блеянье козы. Сначала он не мог встать — все тело ломало, любое движение отзывалось острой болью, плечо распухло и ныло, на затылке прощупывалась огромная шишка, и нестерпимо хотелось есть. Но стоило подняться, умыться и расходиться немного, все оказалось не таким уж страшным.
В тесных сенях действительно стояла коза, загораживая проход.
— Добробой, ты решил обзаводиться хозяйством? — спросил Млад, усаживаясь за стол.
— Не, это Ширяй из Сычевки притащил. Ему на один день дали. Без козы как же колядовать?
— Несчастная скотина…
— Зато у нас молоко козье есть. Хочешь?
— Давай. И щей давай, и каши, — Млад потер руки, — а где Дана Глебовна?
— Она к Родомил Малычу пошла.
Млад потемнел и скрипнул зубами. А заодно вспомнил, какую нес околесицу перед тем, как пойти спать. Есть сразу расхотелось.
— Ширяй тоже к Родомил Малычу пошел. Доктора Велезара караулит, — сказал Добробой, — еще раз хочет с ним встретиться, говорит, доктор очень умный.
— Надоедает занятому человеку, — проворчал Млад.
— Я ему так и сказал. Только он не слушает ничего! Он утверждает, доктор с ним говорил с интересом, и обещал сегодня опять поговорить. Только я что-то в это не верю.
— Доктор Велезар — вежливый человек. А от Ширяя не так просто отвязаться, — Млад улыбнулся.
Он еще не успел поесть, когда вернулась Дана — озабоченная и какая-то виноватая. Млад решил, что она чувствует неловкость из-за того, что ходила к Родомилу, и от этого ему стало еще противней на душе.
— Чудушко, — она подсела к нему поближе, — если бы я судила о тебе только по твоим собственным словам…
— То что? — спросил Млад.
— Ничего… — она вздохнула и усмехнулась, — лошадь на него наступила!
Млад смутился и уставился в горшок со щами.
— Ты слышал, Добробой? Ты знаешь, что с ним было на самом деле? — Дана покачала головой, — Градята сбил его конем и пытался растоптать. Он сначала проехал семьдесят верст, потом под ним пала лошадь, и он почти тридцать верст прошел пешком!
— Кто тебе это рассказал? — Млад продолжал смотреть в щи.
— Твою лошадь видели всего в версте от ямского двора на Шелони. У Родомила сейчас сидят два гонца, которые тебя нашли, судебные приставы и дознаватели. Все ждут, когда он придет в себя. Не считая Ширяя, конечно.
— А Родомил? — спросил Млад.
— Говорят, в горячке… У него доктор Велезар. Ширяй хочет зазвать его к нам, чтоб он посмотрел на твое плечо.
— Зачем? — Млад опустил ложку.
— Я думаю, доктор ему не откажет. А там коза в сенях… — Дана едва не рассмеялась.
— Не надо ничего смотреть. Тем более — доктору Велезару, — Млад скрипнул зубами, — Ширяю голову оторву.
— Как же! Оторвешь ты ему голову, — Дана посмотрела на него с сомнением, — распустил ученика, он совершенно не имеет представления о вежливости.
— Он хочет утвердиться во взрослом мире, — Млад пожал плечами, — и нет ничего зазорного в том, что он старается мыслить самостоятельно.
— Я и говорю — распустил… — улыбнулась Дана, — ставь самовар, Добробой, вдруг действительно доктор Велезар придет.