— А что важнее — очередной дурацкий гольф-курорт или спасение твоей собаки?

— Ладно, ладно. Когда мы получим нашего парнишку?

— Когда газеты сообщат о запрете на строительство моста. После этого парень отпустит Магарыча. Он сказал, что еще с нами свяжется.

— Чудненько. — Стоут подал знак принести счет. — Плохо, что ты не узнала его имени.

— Палмер, он преступник. Такие не оставляют визиток. — Дези сама не понимала, почему выгораживает Твилли Спри, но менять легенду было уже поздно.

— Просто интересно, кто это. Он наверняка меня знает. Некто, кому я досадил. И досадил крепко, раз он врывается ко мне в дом и уволакивает мою собаку.

— Какая разница — кто? Ты же говоришь, все улажено. Губернатор выполняет твою просьбу, мы получаем Магарыча, и конец всем беспокойствам. Так?

— Все так по плану, — ответил Стоут и повернулся к официанту: — Будьте любезны убрать из счета заказ моей жены. Ваша замороженная треска так пережарена, что есть невозможно.

— О господи! — выдохнула Дези.

Ведя машину, Палмер свободной рукой залез жене под юбку.

— Я у тебя хорош? — спросил он.

— Хорош. — Дези непроизвольно сжала колени.

— А насколько хорош? — Дези окаменело смотрела вперед, будто наблюдая за дорогой. — Настолько, чтобы сегодня немного пошалить?

— Палмер... — Грудь налилась свинцовой тяжестью. Разумеется, она сегодня ляжет с ним... А как откажешь после того, что он сделал ради собаки?

— У нас уже пару недель ничего не было, — заметил Стоут.

— Я знаю. Это были трудные недели.

— Да, трудные для нас обоих, милая. Ну так что? Свечи с ароматом сирени, бутылочка французского вина...

— Звучит заманчиво.

— ...и, может, ложечка носорожьего порошка для особого подъема...

— Нет!

— Дез, перестань...

— Исключено, Палмер! И речи быть не может! — Дези вытащила руку Стоута из своих трусиков и попросила следить за дорогой. Тот успокоился и собрался для нового наступления лишь к третьему светофору.

— Ты права. Забудь о порошке, я ничего не говорил. Прости.

— Обещай, что выбросишь его.

— Обещаю, — солгал Стоут.

Он уже думал о пленительной проститутке, которую недавно встретил в клубе, о той, что трахалась только с республиканцами. Уж она-то не будет малодушно терзаться из-за афродизиака, полученного из охраняемого животного. И Роберта не будет — бойкая горячая блондинка с потрясающими силиконовыми титьками, что временами составляла ему компанию в поездках. Если Роберте пообещать небывалый оргазм, она голыми руками придушит носорога.

Но жене Стоут заявил:

— Утром первым делом выброшу эту дрянь.

— Спасибо.

— Значит, наши планы сохраняются? — хитро покосился Палмер.

— Наверное. — Дези сделала вид, что рассматривает купальники в витрине магазина пляжной одежды. Потом почувствовала, как рука Палмера снова по-паучьи пробралась к ней между ног. На светофоре зажегся зеленый, но руку Палмер не убрал.

— Ты сегодня та-а-ак роскошно выглядишь! — сказал Стоут. — Мне не терпится поснимать.

О господи! подумала Дези. Опять фотоигры.

— Палмер, у меня нет настроения.

— Чего вдруг? Брось, милая, учись расслабляться.

Стоут остановился у ближайшего магазина и купил три кассеты для «поляроида». В машине он нетерпеливо их распечатал, а упаковки выбросил на асфальт стоянки. Дези вышла и подобрала коробки, чем несказанно удивила мужа.

— Что на тебя нашло? — спросил он.

— Поезжай, — ответила она. — Просто отвези меня домой.

Чтобы поскорее с этим покончить.

Тем вечером на шоссе у курортного поселка на взморье полицейский тормознул машину Твилли Спри. Казалось, все ясно — Твилли опять не справился со сложной эмоцией, и произошел инцидент, в котором фигурировали четверо студентов колледжа, два частных плавучих средства и большое количество пива.

Это произошло после того, как Твилли вернул арендованный «шевроле» и пересел с Макгуином в черный грузовой пикап. Думая о своем, он стоял в очереди машин перед разводным мостом и увидел два водных мотоцикла, носившихся на безумной скорости вдоль берега. Оба белого цвета, но один с ярко-синими полосами, другой — с красными. На каждом восседала парочка: за рулем парень, сзади девушка, обхватившая его за пояс. Они скакали на волнах от яхт, носились вокруг шлюпок, обдавая брызгами рыболовов, и другими способами являли окружающим свой пьяный идиотизм. Подобные безмозглые кривляки — обычное, не стоящее внимания явление среди водных байкеров, и Твилли наблюдал за ними лишь потому, что все равно делать нечего, пока разведен мост. Кроме того, был весьма велик шанс, что кретины, мчавшиеся на скорости пятьдесят миль в час, размозжат буйные башки о волнолом, а Твилли всегда хотелось увидеть столь зрелищное подтверждение теории Дарвина.