Перед большими дверями из темно-красного дерева стояли два рослых верзилы в строгих черных костюмах. Под пиджаками у них угадывались кобуры. Один из них приподнял солнцезащитные очки с дорогой модной оправой и спросил у мужика, ведущего девушку:

— Привёз новую куклу, Сако?

— О, да, — ответил он. — Боссу такая цыпочка должна понравиться.

Оксана подняла взгляд и прочитала длинную вывеску, сделанную из флуоресцентных трубок и колб, наполненных ионом:

Двери раскрылись, и Сако протолкнул её в тесный тамбур из прозрачного материала. После нескольких секунд под потолком раздался слабый звуковой сигнал, и тамбур выпустил пришедших в просторное фойе, отделанное зеркалами и шелковыми шторами. Повсюду стояли глубокие кожаные кресла и диваны, а рядом с ними — стеклянные столики самых причудливых форм. В дальнем конце помещения прогуливался ещё один мужчина в черном костюме. Вяло поздоровавшись с горрилоподобным, он впустил его и ведомую им девушку в комнату, несравненно меньшую чем фойе.

Внутри вдоль стен стояли два длинных стола с расположенными на них рядами мониторов и несколькими терминалами. Трое мужчин, которые, как подумала Оксана, были здесь охранниками, сидели в пластиковых креслах на колесиках, закинув ноги на клавиатуры компьютеров, курили и вели тихую беседу. Их черные пиджаки висели на спинках кресел, и на фоне ослепительно белых рубашек опасно блестели большие кожаные кобуры с торчащими из них рукоятками пистолетов. Охранники даже не взглянули в сторону пришедших, продолжая беседу.

Сако повел Оксану через всю комнату к двери на противоположном её конце, почти незаметную в стене. Проходя мимо курящих мужчин, девушка осторожно бросила взгляд на них… Почему-то один из охранников показался ей знакомым.

— Вот ты и дома, детка, — сообщил Сако и впихнул Оксану в проем двери. Сзади послышался шум защелкнувшегося замка.

В помещении, где оказалась девушка, было темно. В углу неярко горела электрическая лампа с плотным абажуром, рядом с которой стояла софа. Когда глаза немного привыкли к полутьме, Оксана разглядела большое кресло наподобие тех, что стояли в фойе. В кресле, подобрав под себя ноги, сидела девушка и с интересом рассматривала гостью.

— Привет, — наконец сказала она.

— Кто вы? — тихо, почти шепотом спросила Оксана.

— Такая же пленница как и ты, — ответила девушка с едва заметной ноткой печали в голосе.

— Где я? — прозвучал второй вопрос.

— На одном из островов Большого Архипелага.

— Почему меня похитили?

— Потому что судьба наделила тебя красивой внешностью, — сказала сидевшая в кресле девушка и медленно поднялась, после чего так же медленно подошла к Оксане и провела теплой рукой по её щеке. — Да, ты определенно понравишься Красавчику.

— Кому? — не поняла Оксана.

— Красавчику. Нашему хозяину.

Тут в углу у лампы, на софе произошло какое-то движение, и Оксана заметила, что там сидит ещё кто-то. Этот кто-то женским голосом сказал:

— Теперь ты раба, подруга. Такая же пленница, как и все мы.

Первая девушка, одетая в ночную сорочку, едва доходящую до талии, вернулась в свое кресло. Забравшись в него с ногами, она пригласила Оксану сесть, куда та хочет. Вокруг всюду были разбросаны подушки, стояли диваны и такие же кожаные кресла, хотя разглядеть что-либо в темной комнате было очень трудно. Не воспользовавшись приглашением, Оксана продолжала стоять.

— Как вас понимать? — спросила она.

— В прямом смысле, — снова послышался голос из дальнего угла. — Всех нас похитили для того, чтобы мы были наложницами в борделе Красавчика и ублажали его многочисленных гостей.

Сердце Оксаны упало. Кровь глухо отдавалась в ушах, а в животе образовалась леденящая пустота. Она резко развернулась и кулаками стала долбиться в запертую дверь:

— Выпустите меня! Выпустите отсюда!

Она билась долго, пока руки не начали нещадно болеть, а затем бессильно опустилась на мягкий ковер с густым ворсом и разрыдалась. Наконец-то шок от случившегося похищения превратился в бурные потоки горячих и соленых слез. Девушка рыдала взахлёб, обхватив коленки, и никто не пытался её успокоить. Через несколько минут слезы иссякли, и она лишь тихо всхлипывала, уткнувшись лицом в руки.

— К сожалению, она права, — сказала сидящая в кресле девушка. — Тебе придется смириться с этим.

— Я не хочу быть наложницей, — шепотом ответила Оксана. — Я хочу домой…

Девушка вздохнула:

— Мы все хотим домой, но сбежать отсюда нельзя.

— Я не хочу быть наложницей, — словно в трансе повторила Оксана.

— Придётся, подружка. Если станешь перечить Красавчику, то он сделает с тобой то же самое, что сделал с Моникой, — пояснила первая девушка, встала и подошла к стене рядом с Оксаной. Недолго пошарив рукой по шероховатым бумажным обоям, она нашла выключатель и щелкнула тумблером. Комнату озарил яркий свет.