– Мерлин, – сказал я. – Сын Корвина.

Он медленно обходил меня, но при этих словах застыл.

– Извини, если скажу, что затрудняюсь поверить.

– Не хочешь – не верь. Но это правда.

– А этот второй – его ведь зовут Юрт?

Он указал на моего брата, который только что поднялся на ноги.

– Откуда тебе это известно?

Каин нахмурил брови, сощурился.

– М-м-м… не знаю, – сказал он, помолчав.

– Зато я знаю. Постарайся вспомнить, где ты и как сюда попал.

Он отступил на два шага. Потом закричал:

– Вот кто!

В то самое мгновение, когда я сообразил и заорал:

– Юрт! Берегись!

Юрт кинулся наутек. Я бросил кинжал – последнее дело, честно говоря, но, к счастью, у меня оставался меч, которым я мог достать Каина раньше, чем Каин достанет меня.

Проворство не изменило Юрту – в мгновение ока он оказался вне досягаемости. Кинжал, вопреки моим ожиданиям, угодил острием Каину в правое плечо и вошел примерно на дюйм.

И тут, не успел Каин повернуться ко мне, его тело разлетелось во все стороны, взорвалось множеством крошечных смерчей, которые в одну секунду поглотили всякое подобие человеческого. Они со свистом вращались, описывая концентрические спирали, потом два слились в один большой и быстро поглотили остальные, причем с каждым захваченным смерчем свист все нарастал. Наконец остался лишь один. Он качнулся было в мою сторону, затем резко устремился ввысь и рассеялся. Выброшенный воздушной струей кинжал упал в шаге от меня. Клинок был теплый и еще несколько секунд негромко гудел, пока я не спрятал его обратно в сапог.

– Что случилось? – спросил, возвращаясь, Юрт.

– Видать, оружие, сделанное во Дворах, сокрушительно действует на призраков Образа, – сказал я.

– Хорошо, что кинжал оказался при тебе. А чего этот тип на меня набросился?

– Думаю, Образ послал его, чтоб помешать тебе обрести самостоятельность, – или убить тебя, если это уже произошло. По-моему, он не хочет, чтоб вражеские агенты в этом месте набирались силы и стабильности.

– Но я ему не угроза. Я – сам за себя и ни за кого больше. Я хочу одного – выбраться отсюда и заняться своими делами.

– Может, это само по себе угроза?

– Как так?

– Кто знает, что ты способен натворить, действуя самостоятельно – учитывая твое несколько необычное происхождение? Вдруг ты нарушишь баланс сил? Вдруг владеешь – или можешь завладеть – информацией, которую стороны предпочли бы не разглашать? Это как с непарным шелкопрядом. Никто и предположить не мог, что он наделает в природе, пока он не расползся из лаборатории. Ты можешь…

– Хватит! – Юрт поднял руку. – Не желаю ни о чем таком знать. Если меня выпустят отсюда и оставят в покое, я их тоже трогать не стану.

– Убеждать тебе нужно не меня, – сказал я.

С минуту он таращил глаза, потом вскочил и описал полный круг. Кроме светлой дороги, все было темно, и заорал он, надо полагать, в пространство.

– Слышите меня? Я не хочу ни во что лезть! Я хочу лишь убраться отсюда! Жить самому и не мешать жить другим. Устраивает вас это?

Я рванулся, схватил его за руку и дернул на себя. Дело в том, что в воздухе над его головой начало сгущаться маленькое призрачное подобие Логруса. В следующее мгновение оно с резким, словно от бича, хлопком молнией упало на место, где только что стоял Юрт, прожгло дыру в дороге и исчезло.

– Похоже, от них так просто не отвертишься, – сказал Юрт. Взглянул вверх. – Может, он готовит новый удар и нанесет его, когда я меньше всего буду ждать.

– Это как жизнь, – согласился я. – Но, думаю, ты вправе счесть это предупредительным выстрелом и на время выкинуть из головы. Важнее другое – поскольку мне дали понять, что это мое приключение, – так вот, знал ли ты заранее, поручено тебе помогать мне или мешать?

– Теперь припоминаю, что надеялся тебя обогнать, а потом мы вроде бы должны были сразиться.

– Тебе и сейчас этого хочется?

– Мы с тобой никогда не ладили. Но мне не по душе быть орудием в чужих руках.

– Готов ты заключить перемирие, пока я не закончу, что мне здесь назначено, и не сумею выбраться?

– А какой мне в этом интерес? – спросил он.

– Я придумаю, как отсюда выбраться. Если поможешь мне – или по крайней мере не будешь чинить помех, – выведу и тебя.

Юрт рассмеялся:

– Не уверен, что отсюда можно выбраться, если Силы сами не соизволят нас выпустить.