Шрифт:
Пламя кивнуло в мою сторону.
– Подлая уловка, – сказал я вслух.
Пламя снова кивнуло.
Я продолжал разглядывать Сломанный Образ. Почти все, что я знал об этом явлении, было почерпнуто из разговора с Ясрой. Но она говорила, что посвященные Сломанного Образа идут в промежутках между линиями, а картинка в Камне Правосудия понуждала меня идти по линии, как если бы я проходил сам Образ. Это разумно, если вспомнить отцовский рассказ. Так я проложу верный маршрут через разрушенные участки. Мне ведь не нужно это дурацкое недо-посвящение.
Юрт обошел дальний край Образа, повернулся и двинулся ко мне. Когда он проходил мимо разрыва во внешнем контуре, оттуда по полу начал распространяться свет. Подобрался к его ноге. Юрта перекосило. Он страшно закричал и принялся оседать.
– Прекрати! – заорал я. – Или ищи себе другого ремонтника! Ну-ка верни ему нормальный облик и больше не трожь, или я пальцем не шевельну! Я серьезно.
Съежившиеся ноги Юрта вновь распрямились. Охватившее тело голубоватое свечение погасло, свет немного отхлынул. Выражение муки сошло его с лица.
– Знаю, что он – призрак Логруса, – сказал я, – и сделан по подобию самого малоприятного из моих родственников, но ты, скотина, эти штучки брось, а то я по тебе не пойду! Можешь подавиться Корал и оставайся сломанным!
Свет вполз обратно через разрыв, и все стало таким, каким было минуту назад.
– Пообещай! – велел я.
Пламенный протуберанец взметнулся от Сломанного Образа к потолку и снова опал.
– Я так понимаю, это означает «да».
Пламя кивнуло.
– Спасибо, – прошептал Юрт.
ГЛАВА 8
Итак, я двинулся. Черная линия вела себя под ногой иначе, чем сияющая в настоящем Амбере. Я ступил, как на утоптанную землю, а вот оторвал подошву с трудом и при этом услышал щелчок.
– Мерлин! – позвал Юрт. – Что мне делать?
– В каком смысле? – крикнул я.
– Как мне отсюда выбраться?
– Выйди в дверь и двигай по Теням. Или иди следом за мной по Образу, а потом перенесешься, куда захочешь.
– Вряд ли можно перемещаться по Теням так близко от Амбера, как по-твоему?
– Может, мы и впрямь слишком близко. Тогда шагай ножками и перемещайся, когда сможешь.
Я продолжал идти. Линии потрескивали всякий раз, как я отрывал ногу.
– Я заблужусь в пещерах.
– Тогда иди за мной.
– Узор меня уничтожит.
– Он обещал тебя не трогать.
Юрт хрипло хохотнул:
– И ты поверил?
– А куда он денется, если хочет, чтобы я довел работу до конца?
Я добрался до первого разрыва в узоре. Один взгляд на Камень подсказал, как должна пролечь линия. Не без трепета я сделал шаг за пределы видимого рисунка. Потом второй. Третий. И вот я снова на линии. Хотелось оглянуться, но я выждал, пока линия повернула сама и мне открылся вид на пройденный участок. Мой путь светился, как в настоящем Пути. Линия словно впитывала разлитое свечение, светлые промежутки темнели.
Юрт успел подойти к началу. Он поймал мой взгляд.
– Не знаю, Мерлин, просто не знаю…
– У настоящего Юрта пороху не хватило бы.
– И у меня не хватает.
– Как ты сам сказал, наша мать его прошла. Все за то, что ты унаследовал нужные гены. Да и какого черта! Если я ошибаюсь, все кончится раньше, чем ты успеешь сообразить.
Я сделал шаг.
Юрт обреченно хохотнул, потом со словами: «А какого черта!» – ступил на Путь.
– Смотри-ка, я еще жив! – крикнул он. – Что дальше?
– Иди, не останавливайся. Следуй за мной и не сходи с линии, иначе тебе каюк.
Тут рисунок вновь повернул, и я потерял Юрта из виду. Вскоре у меня заболела левая лодыжка – находился, налазился, решил я. С каждым шагом боль усиливалась. Лодыжку жгло как огнем. Неужели я умудрился порвать связку? Или…
Ну конечно. Я уже чувствовал запах паленой кожи.
Я запустил руку за голенище и вытащил тот кинжал из Хаоса. От клинка веяло жаром – так действовала на него близость Образа. Пора было от него избавляться.
Я размахнулся и бросил кинжал вперед по ходу, к двери, машинально проводив взглядом. В темноте, куда он летел, что-то шевельнулось. Там, лицом ко мне, стоял человек. Кинжал ударился о стену и со звоном упал на пол. Незнакомец нагнулся. Послышался смешок. Потом незнакомец выпрямился и бросил клинок в меня.