— Сидеть! Одно лишнее движение — и я тебе почки отстрелю! И еще кое-что!

— Кондратий… — выдохнул Иван, глядя в зеркало заднего вида.

— Он самый. — На заднем сиденье сел, распрямившись как пружина, худой человек лет сорока с загорелой лысой головой и глубоко посаженными серыми глазами. — Неужели, Ваня, ты думал, что мы с тобой сегодня не встретимся?

Он приподнял руку, в которой был зажат небольшой черный пистолет, ствол которого был направлен в спину Ивана.

— Чего тебе надо? — Иван лихорадочно искал выход, но не находил его.

— Пока мне надо, чтобы ты пристегнулся. Как ты сам только что сказал — на всякий случай! Чтобы ты случайно не выпал… на крутом повороте! И вот еще: когда будешь пристегиваться, не делай лишних движений, а то я тебя неправильно пойму!

Иван медленно, осторожными движениями пристегнул ремень и проскрипел, глядя в зеркало:

— Что теперь? Ты сильно не зарывайся, этот козел… — он кивнул в сторону Окуня, — тебя тоже обошел. Читал в газетке-то? Улыбнулся участок в Шуваловском парке, детишки там гулять будут. И тебе и мне его не видать. Меня Василий обманул, и тебя тоже кинули.

— Ничего, все еще можно будет переиграть, — мрачно ответил Кондрат. — Ты мне отдашь компромат на Анциферова, и он станет шелковый.

Иван промолчал о том, что никакого компромата у него нет. Маргарита должна была отдать кассету Анциферову, только когда документы будут у него. Да, видно, не сумела.

— Твои люди Маргариту угробили? — полюбопытствовал Иван. — Тогда отчего ж компромат не взяли?

— Не трогал я ее, на кой она нужна. Этого рыжего мои орлы действительно подстрелили, далеко он не ушел бы.

— Упустили, значит… — удовлетворенно улыбнулся Иван. — Ну что делать будем?

— Теперь поезжай в сторону Московского проспекта, — приказал Кондратий. — Только поезжай медленно-медленно, как лох, который только вчера купил права. И соблюдай все правила, чтобы к тебе ни один гаишник не привязался!

— Я понял, — мрачно ответил Иван и повернул руль.

Они медленно ехали по тихой улице, как вдруг из-за поворота показался гаишник на мотоцикле. Он затормозил на пути «ягуара» и замахал жезлом, делая знак остановиться.

— Ну и что теперь? — раздраженно проскрипел Иван, скосив глаза в зеркало. — Я делал, как ты велел…

— Теперь не дури! — резко отозвался Кондратий. — Остановись, заплати сколько нужно и расстанься с этим козлом по-мирному! Понятно, что он увидел дорогую машину и хочет легких бабок срубить! И смотри у меня — чтобы без фокусов! Ты у меня на мушке, не забывай об этом ни на минуту!

Иван затормозил и выглянул в окно.

— Лейтенант Иванов! — проговорил гаишник, приложив руку к шлему. — Ваши документы!

— В чем дело, командир? Вроде я все правильно делал, — покладистым тоном проговорил Иван, протягивая ему стопку документов вместе с аккуратно сложенной крупной купюрой.

— Это что такое? — Лейтенант брезгливо, двумя пальцами взял деньги и потряс ими перед носом Ивана.

— Это… вот, извините, я ошибся… — И Иван протянул гаишнику еще одну бумажку.

Лейтенант не взял деньги, вместо этого взглянул на права и проговорил:

— Нехорошо, Иван Терентьевич, нехорошо! Попытка подкупа должностного лица…

— Какого подкупа? — Иван начал накаляться. — Тебе, лейтенант, чего надо? Неприятностей?

— Иван Терентьевич! — предостерегающим тоном проговорил с заднего сиденья Кондратий.

В эту же секунду из-за угла с ревом выехал еще один мотоцикл. На нем сидели двое милиционеров — в касках и бронежилетах, с автоматами на груди.

— В чем дело? — спросил один из них, обращаясь к лейтенанту Иванову. — Проблемы?

— Попытка подкупа, — с кривой усмешкой отозвался тот.

— Придется выйти из машины! — рявкнул автоматчик, подходя к «ягуару».

— Зачем? В чем дело, ребята? — неуверенно проговорил Иван. — Никаких проблем…

— Операция «Перехват»! Выйти из машины! — И милиционер положил руку на автомат. Второй автоматчик встал чуть в стороне, приготовив оружие для стрельбы.

— Да сейчас выйдем! — проскрипел Иван, отстегивая ремень. — Мы разве возражаем?

— Еще бы вы возражали, — процедил автоматчик, отступив на шаг и сняв оружие с предохранителя.