— Да уж. Следователю не позавидуешь, — согласилась Таня.

— Отчасти он сам виноват, — хмуро заметил Тема. — Надо в вещдоках получше разбираться.

— Да он вроде Инге сказал, что вызвал ее на всякий случай. Мол, вдруг среди этого барахла окажется что-нибудь Ингино. Потому что этого мужика взяли возле дома Турундаевских, — сообщила Машка.

— И что он там делал? — спросил Пашков.

— Да вроде шел, — отвечала Моя Длина. — То ли вокруг дома, то ли просто мимо.

— Понятно, — усмехнулся Олег.

— Продолжаем работать, — крайне обрадовал такой поворот событий Женьку. — Наташка ждет от нас результатов.

— Мне тут пришло в голову, — с усмешкою проговорила Катя. — Может, нам поручить это дело персонально Женьке? У него тут свой интерес.

— Не, я один не смогу, — честно признался Женька.

— Тут моя голова нужна, — подался немного вперед Пашков. — Дело очень запутанное.

— Твоя голова, Лешенька, сегодня очень хорошо поработала, — отпустила очередную колкость Катя.

— Да уж, ребенок, — свирепо воззрилась на него Моя Длина. — Спасибо тебе большое.

— Если бы Женька не сунулся, я бы тебе помог, — с уверенностью проговорил Пашков.

— Ребята, вы случайно не заметили, что все Лешкины благие деяния всегда бывают с приставкой «если бы», — снова вмешалась Катя.

— Не всегда, а почти всегда, — справедливости ради отметил Пашков. — Никто не застрахован от внезапных обстоятельств.

— Еще одно такое внезапное обстоятельство, и я в упор тебя перестану видеть, — предупредила Школьникова.

— Ладно, Машка, — примирительно отозвался Пашков.

— Свои отношения потом выясните, — сказал Женька. — А сейчас надо решать, как вести себя дальше.

— На урок идти, — первым расслышал звонок Темыч.

— Никогда не дадут серьезным делом заняться, — посетовал Женька.

И вся компания дружно направилась на математику.

До конца учебного дня им так и не удалось как следует поговорить. Сразу после седьмого урока семеро друзей собрались у Олега.

— Значит, так, — начал хозяин квартиры, когда все расселись на диване и креслах. — Не знаю уж, как вы, а я, чем больше думаю об этой краже, тем сильнее склоняюсь к мысли, что Федор один из главных подозреваемых.

— А, по-моему, это Кирюша, — вмешался Пашков. — Самая идеальная кандидатура. Друг Федора. В квартире у Инги бывает. И живет в том же подъезде.

— Интересно, а почему вам не подходят Труповы? — спросила Таня. — Они тоже много раз бывали у Инги в квартире.

— Что ты к Труповым привязалась, — никак не могла смириться с подобной версией Моя Длина. — Лучше бы обратили внимание на многочисленных Ингиных подружек.

— Как мы можем обратить на них внимание, если даже с ними незнакомы? — повернулся к ней Темыч.

— Зануда, — огрызнулась Моя Длина.

— А зачем подругам обворовывать Ингу? — подобно Темычу, сомневалась Таня.

— Ежу понятно зачем, — объяснила Моя Длина. — Из зависти.

— Нет, — покачал головой Олег. — Тут кроется что-то другое.

— И потом, — мстительно уставился Темыч на Машку, — если мы включим в число подозреваемых подруг Инги, то и твоя мать туда попадет.

— Что ты в этом, микроспора, понимаешь, — высокомерно изрекла Школьникова. — Какие

Инга с матерью подруги?

— Ты же сама нам сказала, что Инга подруга твоей матери, — вступился Олег за Темыча.

— Не подруга, а приятельница, — повернулась к нему Моя Длина. — Пора бы тебе различать подобные вещи.

— Не вижу разницы, — честно признался Олег.

— И очень зря, — не сдавалась Моя Длина. — Приятели это так, — поиграла она пальцами в воздухе.

— Что значит «так»? — осведомился дотошный Темыч.

— Ну, для приятной беседы, — уточнила Моя Длина. — А друзья… — Она ненадолго замялась, пытаясь сформулировать мысль. Затем быстро проговорила: — В общем, дружить с Ингой Турундаевской просто невозможно.

— Исчерпывающая характеристика, — проговорила нараспев Катя.

— Может, и не исчерпывающая, зато ясная, — ничуть не обескуражило ее замечание Мою Длину.

— Слушайте! — вскочил на ноги Женька. — Мы что, сюда собрались для диспута о любви и дружбе или распутывать преступление?

— Действительно, — поддержал его Олег. — Давайте попробуем хоть что-нибудь понять.

— Просто голова идет кругом от количества подозреваемых, — пожаловалась Таня.

— Не у тебя одной, — коснулся ее руки Олег.