Шрифт:
Таня улыбнулась ему. «Кажется, влияние Труповых несколько ослабло», — с радостью отметил Олег.
— Девочки, нам пора в центр «Идеал»! — словно прочтя его мысли, воскликнула Школьникова.
— Танька, может, ты сегодня не пойдешь? — с мольбой посмотрел на нее Олег.
— Договорились втроем и пойдем втроем, — отрезала Моя Длина.
— Олег, я уж курс окончу, — виновато проговорила Таня. — А если хочешь, вечером пойдем погуляем.
— Договорились, — улыбнулся Олег. «Что же вчера с ней случилось?» — так пока и не догадался он.
Девочки удалились. Вульф выжидающе поглядел на Олега, словно спрашивая, не пора ли погулять. Но так как хозяин на его немые призывы не отреагировал, пес вернулся из передней в гостиную и залез на диван.
— Не нравятся мне эти походы девчонок, — поделился с друзьями Темыч.
— Мне тоже, — кивнул Олег.
— Думаешь, действительно Трупов ограбил Наташкину мать? — спросил Женька.
— Пока не знаю, — пожал плечами Олег. — Но вполне вероятно. Ему это сделать было удобней всех остальных.
— Нет уж, — возразил Пашков. — Удобней всех было бы Федору.
— С какой стороны посмотреть, — покачал головой Тема.
— С какой ни смотри, — ответил Пашков. — У него все под руками.
— И благодаря этому он попадает в число первых подозреваемых. Но вот в чем вопрос, зачем Федору понадобилось грабить Ингу? — разделял Олег сомнения Темыча.
— А я про что, — подхватил тот. — Живет Федор на всем готовеньком, пользуется капиталами покойного Гохмана. На фига ему рисковать?
— А риск большой, — подтвердил Олег. — В таких случаях подозрение всегда падает на подобных людей. Убежден, что следователь давно взял Федора на заметку.
— И любая мелочь теперь может выдать его, — добавил Тема. — Если он попадется, то прощай Инга и имущество Гохмана.
— Как движимое, так и недвижимое, — усмехнулся Олег.
— А если Федор, к примеру, залез в долги? — отстаивал свою точку зрения Лешка. — Ну, хотя бы с этими своими «Номер шесть»?
— Проще было бы с Ингой поговорить, — возразил Темыч. — Она бы наверняка вошла в его положение.
— А если у них отношения сложные? — спросил Пашков.
— Если сложные, то может и не войти, — вынужден был признать Темыч.
— И вообще, откуда мы знаем, вдруг Инга жадная? — продолжал Пашков.
— Ага! — расхохотался Женька. — Вроде нашего Темыча.
— Я не жадный, а экономный, — обиделся тот. — А это разные вещи.
— Может, Инга тоже экономная, — сказал Пашков. — На себя и на Наташку денег не жалеет. А на бойфренда ей тратить лишнее неохота.
— А тут такая удача, — вмешался Женька. — Инга приносит домой свои драгоценности. А на Федора нажимают должники, угрожают расправой…
— Сильную ты, Женька, картинку нарисовал, — усмехнулся Олег.
— Между прочим, картина вполне нормальная для нашего времени, — поддержал долговязого мальчика Лешка.
— Вообще-то я тоже сперва заподозрил Федора, — признался Олег. — Смотрите, — принялся загибать пальцы он. — Во-первых, когда случилось ограбление, Федор вроде бы был на гастролях. Это очень хорошее алиби.
— А говоришь, что заподозрил, — разочарованно протянул Женька.
— Ты можешь меня дослушать? — нахмурился Олег. — Такое алиби на самом деле ломаного гроша не стоит. Теоретически Федор мог встать рано утром, пока ребята его отсыпались после очередного концерта…
— Ну да! — в азарте воскликнул Пашков. — Сел в самолет. Прилетел в Москву. Ограбил квартиру. Спрятал где-нибудь драгоценности. А к вечернему концерту своей группы вернулся на самолете обратно.
— Это если у Самары есть с Москвой прямое воздушное сообщение, — внимательно посмотрел Олег на Пашкова.
— В принципе, должно быть, — отвечал Лешка. — Хотя вообще-то я точно не знаю.
— А если Федор просто вернулся дня на два раньше, чем сказал Инге и Наташке? — вдруг пришло в голову Женьке. — Это совсем просто. И с самолета на самолет прыгать не надо.
— А его группа? — покачал головою Темыч. — Если следователь за них примется, они Федора выдадут.
— Совершенно не обязательно, — начал расхаживать из угла в угол гостиной Женька. — Он мог своим ребятам любую лапшу повесить на уши. Мол, ему надо куда-нибудь тайно съездить. И никто из домашних не должен этого просечь. Вот его группа теперь и молчит из мужской солидарности.
— Или вообще никто не догадался их спросить, — пришло на ум самое простое объяснение Пашкову. — Ну, были вместе с продюсером в командировке. Вернулись. Делов-то…