«Тэк-с. Ситуация усложняется. Этот в отключке от болевого шока. Нужны носилки и второму впереди наверняка тоже. Вроде бы он там пока ещё светится, надеюсь, что мёртвого я бы уже не увидел» — разыскал взглядом шустрого паренька, принёсшего кувшин с водой для повязок.

Осветив лицо юноши лучом фонарика, поманил рукой.

— Подойди. Как тебя зовут, воин?

— Мадхукар, — робко представился паренёк.

— Слушай меня, Мадхукар. Парень ты шустрый и сообразительный. Нужно быстренько сбегать наружу и принести сюда две вот таких вещи, — снял повязку, выбирая на полу место почище. — Смотри, срубаешь две бамбуковых палки, чуть выше твоего роста. Потом оборачиваешь тканью, чтобы в промежутке между ними смог спокойно лежать человек, — увлечённо рисуя, комментировал свои действия. — А края ткани закрепишь вот так, — положил на пол повязку, — протыкаешь кинжалом оба края, словно бы здесь прошла лиса, и просовываешь в дырки бамбуковую палку. Потом попроси одного из воинов лечь на ткань, и с кем-нибудь вдвоём поднимите, чтобы проверить, удержит ли она вес. Нужно сделать две таких вещи. Всё понятно?

Мадхукар угрюмо шмыгнул носом.

— У нас эта вещь называется носилки.

— Ну я же нездешний, в общем, сделай носилки, только побыстрее, — сокрушённо вздохнул Алексей, обнаружив очередную дыру в словарном запасе.

Отправив расторопного Мадхукара, повернулся к раненому. Каси сидел рядом на корточках, остальные воины устало расположились вдоль стены.

Встретившись взглядом, Каси прошептал:

— Это Нарендра. Тоже побежал за ними вместе с отцом.

— Надеюсь, всё обойдётся. А Нарендра жив, только рёбра сломаны и поэтому лишился чувств от боли. Давай-ка лучше дальше завал разбирать, там впереди ещё кто-то есть, — приободрил Алексей.

После небольшого отдыха дело пошло быстрее. Вскоре показались пыльные ноги заваленного досками и камнями человека. Сзади опять послышался шум.

Алексей оглянулся. В ярком луче фонаря появился Мадхукар с носилками и ещё пара коренастых воинов.

— Раджа узнал о Нарендре и направил нас в помощь, — щурясь от яркого света, коротко пояснил крепыш.

— Кладите носилки рядом с ним. Вы их хорошо проверили? — поинтересовался Алексей.

Мадхукар обиженно вскинул голову и гулко ударил кулаком себе в грудь, после чего сразу развеялись все сомнения в их грузоподъёмности.

— Тогда слушайте меня. Сейчас мы все четверо берём Нарендру, и когда я скажу клади, медленно перекладываем его на носилки. Понятно? Тогда дружно взялись, клади!

— Всё, давайте уносите его и сразу назад, — скомандовал Алексей, убедившись, что Нарендра не свалится при переноске.

Проводив воинов с трёхсотым грузом, поправил сбившийся фонарь и повернулся к Каси. Тот сидел на коленях около неподвижного тела и, сжав лицо ладонями, беззвучно качался вперёд-назад.

— Ты чего? — растеряно спросил Алексей.

— Это отец, — отворачиваясь, глухо произнёс Каси.

— Понятно, — вздохнул Алексей.

Похоже, надеясь на лучшее, молодой воин крепился, а когда разобрал завал и опознал пыльное тело, то нервы не выдержали.

— Подожди горевать-то, сейчас я его посмотрю.

Наклонился над неподвижным телом и начал последовательный осмотр. Сразу же обнаружился сильный ушиб грудины, по крайней мере, большая синюшная гематома сильно в этом убедила. Сколько не старался, но не смог нащупать сломанных рёбер. Видимо доски сверху сильно смягчили удар. Руки и ноги оказались целы, но синяки багрово просвечивались даже сквозь густую пыль.

Викрам тихо застонал и приоткрыл глаза.

— Отец! — обрадовано кинулся Каси.

— Куда ты, раздавишь его! — с трудом оттащил Алексей. — Воды лучше дай!

Каси метнулся куда-то в темноту.

Алексей склонился к Викраму:

— Викрам, ты слышишь меня? Если больно говорить, просто моргни!

Заметив едва заметное движение ресниц, Алексей облегчённо вздохнул. Взял фляжку из трясущихся рук Каси и бережно смыл пыль с лица Викрама.

— Ну видишь, жив твой отец, жив, дальше легче будет, — внутренне содрогнувшись, успокоил молодого воина.

Лицо Викрама выглядело словно один большой лиловый синяк.

Взгляд сделался более осмысленным. Даже сделал слабую попытку привстать, но со стоном откинулся.

— Лежи, лежи! Тебе сейчас нельзя вставать, — торопливо навис Алексей. — Как тебя вообще угораздило сюда пойти! Ведь всех вас предупредили!

Викрам обессилено закрыл глаза и подёргал кадыком. Собравшись с силами, едва слышно прошептал:

— Ты… не понимаешь… они все для меня… как дети…

Глядя на изувеченное неподвижное тело, Алексей едва не выругался, сильно желая дополнить, какие это и чьи дети, но сдержался. Выжал из фляги остатки воды на голову и бодро встряхнулся. Протянул Каси:

— Держи. Выбери себе воина покрепче, вместе унесёте отца.

— Навин, иди сюда, — Каси негромко позвал в темноту.

Бережно переложив отца на носилки, вручил чадящий факел возвратившемуся Мадхукару:

— Подсветишь нам по пути.

Алексей протянул было фонарь, но Каси махнул рукой:

— Не надо, тут нужней. Там впереди дверь, за ней кухня, больше они отсюда никуда свернуть не могли. Теперь втроём там… — что-то злобно неразборчиво пробормотал.

— Всё, уноси отца, мы теперь тут с парнями разберёмся, — обнадёжил Алексей, поворачиваясь к завалу.