Маделин запустила руку в его волосы, пропуская между пальцами темные пряди.

– Риз, я в порядке, клянусь.

Он поднялся на ноги.

– Я приложу холодный компресс, чтобы синяки не стали еще хуже.

Она издала возражающий звук.

– Поверь мне, я не могу просто лежать здесь и позволять тебе прижимать мешок со льдом к моему боку! Ты знаешь, каково это, ощущать лед под рубашкой, и кроме того, я замерзла. Я предпочла бы кружку горячего шоколада или кофе.

Сила ее тона ободрила его, и еще один критичный взгляд подтвердил, что лицо принимало свой цвет. Она села, держась за бок скорее из предосторожности, нежели от какой-либо реальной боли, и подвергла его свойственному жене осмотру.

– Ты насквозь промок. Смени одежду, а потом мы оба выпьем что-нибудь горячее.

Она достала сухую одежду для себя и для Риза, и начала одеваться, пока он раздевался и вытирался полотенцем. Маделин осмотрела свой испорченный свитер, затем выбросила его в мусор. Риз увидел выражение ее лица и слабо улыбнулся.

– Я не хотел передвигать тебя, пока не узнаю, что с тобой случилось, – объяснил он, растирая полотенцем плечи.

– На самом деле, я почувствовала облегчение, когда ты разрезал только свитер. На долю секунды я испугалась, что ты собираешься сделать трахеотомию.

– Ты говорила и дышала так, что я исключил такой вариант. Хотя однажды мне довелось делать эту процедуру.

– Ты в самом деле взял свой складной нож и вскрыл чье-то горло? – недоверчиво уточнила она, ее голос стал тоньше.

– Да. Один работник схлопотал пинок в горло и смертельно задыхался. Я разрезал его трахею и пальцами держал ее открытой, пока кто-то не принес соломинку для питья, чтобы он мог дышать через нее. Мы доставили его в больницу, там ему вставили обычную трахейную трубку на то время, пока опухоль не спала настолько, что он снова смог дышать, и он чувствует себя прекрасно.

– Откуда ты знал, что надо делать?

– Каждый владелец ранчо просто впитывает множество медицинских знаний в течение обычного рабочего дня. Я вправлял сломанные кости, зашивал порезы, делал инъекции. Жизнь жестока, милая. – Его лицо потемнело, когда он произносил это. Она едва не оказалась слишком немилосердной для нее. Он так легко мог сломать ей ребра.

Он натягивал сухое нижнее белье и джинсы, наблюдая, как Маделин расчесывает волосы и откидывает их назад через плечо привычным движением головы, каждый ее жест был столь же изящен, как в балете. Как она могла выглядеть такой элегантной после того, через что прошла? Как она могла относиться к случившемуся столь обыденно? Его все еще трясло.

Когда она проходила мимо него, направляясь вниз, он поймал ее и заключил в объятия, удерживая в течение долгой минуты и прижавшись щекой к ее макушке со светлыми волосами. Маделин обняла Риза за талию и позволила себе насладиться его близостью; он был дома, и с ним было все в порядке. Ничего не было сказано, потому что не было нужды говорить. Достаточно было просто держаться друг за друга.

В тот день Риз расхаживал по дому, подобно беспокойной пуме, периодически выглядывая из окна, наблюдая за погодой. Он пробовал включить радио, но ничто не проникало сквозь бурю. В сумерках пропало электричество, и он развел в камине ревущий огонь, затем поставил в кухне один из керосиновых обогревателей. Маделин зажгла свечи и лампы, и поблагодарила звезды, что нагреватель воды и плита работают на газе.

Они съели суп и бутерброды при свечах, затем переместили на пол пуховые и шерстяные одеяла и подушки, устраиваясь спать перед камином. Они сидели в своей кровати из одеял, прислонившись спиной к кушетке и вытянув к огню ноги. Голова Маделин покоилась на его плече. Он почти мог слышать, как работают ее мысли, пока она вглядывалась в огонь, и решил опередить.

– Флаг с раздвоенным концом называют вымпелом.

Она бросила на него быстрый восхищенный взгляд.

– Маленький флаг, который несут впереди или справа от демонстрантов для того, чтобы вести их, называют «a guidon» [9] .

– Хочешь поговорить о флагах? О’кей, будем говорить о них. Исследование флагов называется вексиллологией.

– На флаге Соединенных Штатов семь красных полос и шесть белых.

– В этом очень легко смошенничать.

– Факт есть факт. Продолжай.

– Бамбук – самое быстрорастущее растение в мире.

– Клеопатра была македонкой, а не египтянкой.

Они играли в игру еще несколько минут, смеясь над наиболее смешными пунктами. Затем достали колоду карт и поиграли в покер на раздевание, что оказалось несложной задачей, поскольку на ней были только его рубашка и пара носков, а на нем лишь джинсы. Как только она заполучила его голым, то потеряла интерес к карточной игре и перешла к более полезному занятию. Они слаженно двигались в свете пламени, освещающем кожу, и надолго забыли об окутывающем их кружащемся белом шторме.