— …вот почему я думаю, что эта программа окажется для тебя полезной.

— Какая программа? — Джейсон оторвался от своих мыслей. Мерфи изумленно глядел на него. Мальчик явно пропустил что-то важное.

— Беспокоиться не о чем, — понизил голос Мерфи. — Конечно, мы обсудим это с твоими родителями, но так как сегодня первый день мистера Финча в нашей школе, думаю, вам стоит встретиться и обсудить кое-что. Мы взяли его на работу, чтобы предупреждать возможные неприятности. Лучше решить проблему прежде, чем столкнешься с ней нос к носу, и ты это поймешь.

Это прозвучало так, будто Джейсон уже вляпался в жуткие неприятности и в жизни его больше не ожидает ничего хорошего.

— Ага… — пробурчал он, не в силах подобрать нужное слово.

Мерфи поднялся:

— Пойдем. Его кабинет вниз по коридору. Мистер Финч ждет.

Похоже, выбор у него небольшой. Пришлось снова тащиться за Мерфи по школьным коридорам. Похоже, они направлялись в крошечную каморку в самом дальнем конце здания. Невыносимо тоскливые серые стены сменились еще более блеклыми стенами кабинета.

— Статлер, — дружелюбно поздоровался Мерфи, — я очень признателен, что вы дождались. Джейсон Эдриан, это мистер Статлер Финч, наш новый педагог. Будет курировать некоторые специальные программы. Финч, это Джейсон Эдриан. Превосходный ученик, хороший спортсмен, но у него небольшие проблемы с социальной адаптацией. Он попал в предварительный список учеников, который мы с вами сегодня обсуждали.

Он слегка подтолкнул Джейсона в спину и ввел его в кабинет.

— Социальной адаптацией? — Джейсон в недоумении переводил взгляд с одного на другого.

— Это когда тебя все задирают, — раздался голос Финча. На лице у нового педагога было написано странное выражение, которое одинаково можно было принять и за улыбку и за свирепый оскал. — Можешь называть это так.

Как, как… социальная адаптация? Джейсон задумался. Неужели это то же самое, что и когда тебя задирают?

— Тогда почему Вы вызвали меня? Я же жертва.

— Именно поэтому. Тебя задирают, а ты позволяешь и поощряешь. Но для того я здесь и работаю, чтобы это исправить.

Статлер Финч торчал из-за заваленного книгами, папками и раскрытыми коробками, из которых вываливались еще книги и папки. Новый учитель был высокий, тощий, в очках, криво насаженных на горбинку внушительного носа. Кроме того, он был бледен до синевы и весь какой-то нескладный. Если уж кого-то и должны задирать и изводить насмешками, так это, безусловно, Статлера Финча.

Он повернулся и с размаху уселся на подлокотник кресла. Нелепо размахивая руками, учитель поправил мебель и на этот раз сел верно, но с жутким скрипом. Ни он сам, ни Мерфи этого не заметили, но Джейсон сильно ущипнул себя за ногу, чтобы не рассмеяться.

Но смеяться ему тотчас расхотелось, как только он встретился взглядом с черными глазами Статлера Финча. Черными, как уголь, глазами без единой искорки.

— Благодарю, мистер Мерфи, — сказал учитель. — Всего несколько минут, и мы все свободны.

Заместитель директора вышел. Джейсон готов был схватить его за рукав и крикнуть, чтобы тот не оставлял его наедине со Статлером Финчем. Но мальчик этого не сделал, и они остались вдвоем.

— Над тобой смеются из-за имени? — Финч тоненько улыбнулся.

— А что смешного в имени «Джейсон»? да нет…

— Я имел в виду «Эдриан». Немного напоминает девчоночье, разве нет?

Джейсон посмотрел поверх плеча учителя, на стену, где висел всего один диплом в рамке. Были и другие гвоздики, но пока они торчали без дела. Диплом гласил, что Статлер Э. Финч с отличием окончил университет и получил степень доктора психологии.

— Да над чем только не смеются, — ответил он. — Я что, буду на всех внимание обращать?

— Но ведь ты им и не запрещаешь?

Джейсону было как-то неуютно сидеть в этом чистом кабинете, когда он еще не до конца избавился от тошнотворного запаха мусора. Все, что он смог сказать:

— Да ерунда это все.

— Ерунда?

— Да…

— А что не ерунда? — Финч снова обнажил узкую полоску зубов. Только угольно-черные глаза улыбка не тронула. Ничего по-настоящему важного и личного Джейсон никогда в жизни не расскажет этому человеку. Самое важное — это то, что он Магик. А об этом никто и никогда не узнает. В кабинете повисла тишина.