– Я освежу твою память. – Алек встал и протянул Кристин руку. – Парни, прошу нас извинить.

Кристин подала ему руку. Он помог ей встать, потом шепнул на ухо Тренту:

– Сделай одолжение, не позволяй Уиллу больше пить. Принеси ему что-нибудь безалкогольное.

– Понял. – Трент кивнул.

Алек повел Кристин к танцевальной площадке.

– Значит, это и есть твои «ребята», да? – спросила она.

– Да, они самые. – Он привлек ее к себе, одной рукой обхватив талию, другой поддерживая ее ладонь. – Лучшие в мире. По крайней мере так я считал еще несколько минут назад.

Она засмеялась:

– Брось, это вполне в вашем духе – подставлять приятеля, когда он пытается произвести впечатление на свою подружку.

– А ты моя подружка? – Алек прижал Кристин к себе, их лица теперь находились на расстоянии всего лишь нескольких дюймов.

– Нет. – Ее оживление исчезло, но глаз она не отвела.

Его взгляд скользнул по ее губам, потом он снова посмотрел ей в глаза.

.– «Нет» становится твоим любимым словом.

– Ты меня этому научил.

– А может, я научу тебя чему-нибудь другому? – Алек сделал резкий поворот, теперь она оказалась почти прижатой к нему, а ее нога оказалась между его бедер. – Очень хорошо, – сказал он. – Ты и на танцевальной площадке будешь такой же сообразительной ученицей, как в горах?

С шутливой надменностью Кристин тряхнула волосами, откидывая их назад.

– Это зависит от того, насколько хорошо ты будешь вести. В противном случае вести придется мне.

– Правда?

– Это у меня такая досадная привычка. По крайней мере мне так говорили. Но я всегда считала, что если танцуешь – танцуй, а не шаркай ногами по полу.

—Абсолютно с тобой согласен. – Алек сверкнул улыбкой, потом крутанул Кристин на расстоянии вытянутой руки и снова притянул к себе, так что они оказались лицом к лицу. – Только обрати внимание, здесь танцуют немного по-другому. – Алек показал нужное па, и Кристин, внимательно следя за его ногами, быстро освоила движение. – Очень хорошо, – сказал он. Еще после нескольких па он вновь закружил ее, так что она оказалась у него за спиной, потом вновь притянул к себе. – Ты схватываешь на лету.

– А ты хорошо ведешь. – Кристин улыбнулась, ее лицо сияло.

– Вот видишь, еще одна причина встречаться со мной.

– Танцуй.

– Слушаюсь, мэм.

Время летело очень быстро, и, как это бывало почти всегда, когда она находилась рядом с Алеком, Кристин забыла, что он «неподходящая кандидатура». Они, смеясь, протанцевали несколько танцев, периодически подходя к столику, чтобы отдышаться и напомнить друзьям Алека, что о них не забыли. Потом они вновь возвращались на танцевальную площадку. Ближе к полуночи оркестр заиграл медленный вальс.

– Наконец-то, – вздохнул Алек, они стояли совсем рядом, их тела почти соприкасались. – Я уж думал, они никогда не перейдут к медленным танцам.

Кристин на мгновение напряглась, вспомнив данную себе клятву устоять перед этим мужчиной. Но ведь это всего лишь танец. Что опасного может быть в танце? Она расслабилась и положила голову ему на плечо.

Они плавно покачивались под романтическую мелодию, и Кристин вспомнила: «Да, вот какую опасность таит в себе танец».

Слова популярной песенки говорили о сильном желании и бесконечной тоске. Бедра Кристин и Алека соприкасались, и она точно знала, о чем говорит автор песни. Нужно слегка отстраниться, подумала она. Но не сейчас... Через минуту...

– Мне всегда нравилась эта песня. – Рука Алека скользнула по спине Кристин, и он еще плотнее прижал девушку. Через секунду его осмелевшая рука нырнула под свитер. Ладонь была мягкой и очень теплой, по спине Кристин разлилось тепло.

Нет, ей действительно необходимо отодвинуться.

Через секунду.

Пальцы Алека описывали провоцирующие круги, вызывающие у Кристин дрожь и желание изогнуться, подобно кошке.

– Ты был прав насчет оркестра. Он... м-м-м... действительно очень хорош.

– Очень. – Убаюкивающая неровность его голоса будила в ней дрожь желания. – Ты не жалеешь, что пришла сюда?

– Не жалею.

– Вот и хорошо. – В повороте он немного отклонился назад, и его бедро оказалось между ее бедрами. Чувственный контакт вызвал вспышку удовольствия, у Кристин возникло безрассудное желание сладострастно потереться об Алека всем телом.

Так, это уже никуда не годится. Ей абсолютно необходимо отодвинуться. Через одну секунду. Алек потерся щекой о ее волосы и прошептал на ухо: