Дюмарест откинул одеяло и встал с койки, прислушиваясь. Вкрадчивый голос полз из всех углов, эффект усиливался приглушенным светом, матовой окраской стен. Казалось, голос сочился буквально из каждой щели, отражаясь от металлических конструкций, потолка и стен. Цель была ясна: сделать новоприбывших еще более покорными и зависимыми.

Эрл осторожно двинулся по проходу среди коек. Их партию новобранцев разделили на пять частей. Всем была предоставлена возможность помыться, отдохнуть и устроиться на новых местах. Сейчас все спали, усталые, и звуки их дыхания сплетались с тихим, вкрадчивым, убаюкивающим шепотом. Вино, решил Эрл. То, что им выдали после мытья. Наверняка в него или в пищу было добавлено снотворное или успокоительное. Не есть он не мог, ему необходимы были силы, а вот вина он не пил, подсознательно опасаясь подвоха. Очевидно, именно в вино было что-то подмешано, потому что только он один сейчас мог не спать.

Эрл осторожно толкнул входную дверь. Она подалась, и он оказался в коридоре. Здесь свет был ярче. Он лился из трубчатых плафонов, полосами ложась на плечи и спину Дюмареста. Он был в одних только коротких шорт и босиком. Его шаги были практически бесшумны.

За поворотом он увидел охранника. Тот был одет в красно-коричневую форму, его молодое лицо затенял шлем. У него не было оружия, кроме двухфутовой дубинки, болтающейся на правой руке. Он взглянул на Эрла без всякого удивления:

— Тебе что-то нужно?

— Туалет.

Охранник находился слишком далеко от Эрла для успешного нападения. Он бы наверняка успел закричать. А Эрл еще слишком плохо ориентировался в незнакомой обстановке, чтобы рисковать.

— Я проснулся, а куда пройти — не знаю.

— Это сюда.

Охранник отступил, поигрывая дубинкой; случайно или намеренно, она уперлась прямо в живот Эрлу. Он проводил его до нужного места по коридору, мимо комнат офицеров, следуя чуть сзади.

— Здесь, — произнес он, останавливаясь. — Вон та дверь, справа от тебя. Поторапливайся.

Он ждал на выходе, закрывая телом коридор, по которому они прошли.

— Не сюда, — он преградил путь. — Мы пройдем здесь.

Другой коридор, поворот, мерцающая желтая лампа. Охранник остановился и ткнул дубинкой в одну из дверей:

— Войди туда и жди.

Это была маленькая камера с одной узкой койкой и дверью. На скамье, теснясь, сидели трое. Все были загорелые, босые и в шортах. Прошло минут десять. Внутренняя дверь приоткрылась, в ней показалась голова солдата:

— Ты — войди, — сказал он, указывая дубинкой на крайнего. — Остальные — сдвиньтесь.

Через пятнадцать минут все повторилось. Человек, сидевший перед Эрлом, нервно облизнул губы; он сильно потел и, похоже, был очень испуган.

— Почему все это? — прошептал он, обращаясь к Эрлу. — Я никак не мог уснуть, решил принять душ, а охранник сгреб меня и приволок сюда. А ты?

— То же самое.

— Чего они хотят от нас? Охранник обращался со мной как с заключенным. Я пытался ему все объяснить, но он просто не слушал. Я…

Он замолчал, потому что дверь приоткрылась и ему пришлось выйти.

Двадцать минут спустя настала очередь Эрла. Он вошел в комнату и огляделся. Здесь находился стол, рядом — кресло, сбоку — панель с электронным оборудованием. У противоположной стены стояли, неподвижно как статуи, двое стражников. Тот стражник, что привел Эрла сюда, стоял за креслом. За столом сидел темноволосый худой человек с бегающими глазами.

Он указал на стул:

— Садись. Твое имя?

— Элгар.

— Имя твоего хозяина, гроуэра?

— Йолтон.

— Его адрес на Лоуме?

— Квартал 7, сегмент 8.

— Ты действительно вышел в туалет?

— Да, — ответил Эрл и добавил, — сэр.

Офицер кивнул:

— Уже лучше. Кстати, меня зовут Керон. Майор Керон из службы безопасности. Может, вы слышали обо мне?

— Нет, сэр, не слышал.

— Нет, — произнес, растягивая слова, Керон. — Конечно, нет. Как бы вы могли?

Он откинулся назад, положив на стол обе руки. Они были маленькими, белыми и нежными, как у женщины.

— Теория вероятностей утверждает, что из тысячи человек один обязательно не сделает так, как все. Вы не пили вина за ужином. Почему?

— У меня всегда от него болит голова, — ответил Эрл. — И еще болит желудок. Поэтому я решил не пить, чтобы не было хуже.

— И ты не смог заснуть?

— Да, сэр. — Это была ложь во спасение. Шепчущий голос, разбудивший его, был очень тих, и Дюмарест совершенно не собирался давать офицеру возможность выяснить его способность слухового восприятия.

— Я проснулся и захотел выйти. Это все, сэр.

— Почему?

Эрл непонимающе развел руками. Он был забитым рабочим с Лоума, и откуда ему было понять, что конкретно хочет знать офицер?