— Как пройти к станции метро, Мос?

— Мы поедем куда-то подземкой? Сейчас, типа, два тридцать.

— Нам не нужно на поезд. Просто помоги мне вспомнить. — Я сжала его руку, глядя в широко распахнутые, жаждущие глаза. — Некоторое время меня держали взаперти, ты же знаешь.

— А, да. — Он взволнованно сглотнул. — Конечно. Вон туда.

Я последовала за ним. Знакомые приметы местности проступали сквозь новую реальность — пустой участок земли на расстоянии одного квартала, живой от мечущихся по нему крошечных фигурок; мой старый детский сад, качели на игровой площадке скрипят под ветром; лучший ливанский ресторан в Бруклине. Его мусор, тоже шевелящийся и как будто живой, пах прогорклым медом и турецким горохом.

«Лус украла у меня все это», — подумала я.

Она хотела излечить меня от новых ощущений, держать взаперти от этого роскошного, полутемного мира. С каждым шагом я узнавала больше… Во мне еще осталось достаточно безумия, чтобы понимать.

Мос привел меня к станции метро, и я потянула его ко входу на лестницу, с головокружительным ощущением ликования впитывая подземный шум — типа как когда меня пронизывала la musica. Зверь грохотал, радостно извиваясь внутри меня.

— Но я думал, мы не…

— Мы не поедем на поезде, — сказала я. — Это просто путь напрямик.

— Путь напрямик? — недоверчиво переспросил он.

— То, чего ты хочешь, можно получить только под землей, Мосси. Но поверь, тебе это понравится на вкус.

Он удивленно вытаращился, но потом кивнул. Я улыбнулась и, прикрыв глаза, потянула его вниз, в свет флуоресцентных ламп. Его пульс трепетал под моей рукой.

С каждым шагом притяжение становилось все сильнее.

Мос тоже чувствовал его, как будто воздействие этого притяжения проникало сквозь мою кожу в его — электрический ток желания. Или, может, он чувствовал исходящий от меня запах — здесь, под землей, я просто источала его, зверь внутри меня подскакивал, вопя, что он почти свободен. Что бы ни было здесь, внизу, оно разорвало сдерживающие меня путы Лус. Я взволнованно провела языком по зубам.

«Не смей… есть… Мосси».

Однако остановиться и не идти вперед я не могла.

Позади меня Мос тяжело дышал, его глаза блестели, точно мокрое стекло. Когда я спрыгнула с платформы на рельсы, он не сказал ни слова, просто остановился на мгновение, а потом сделал то же самое. Его губы налились кровью, сердце пульсировало в горле. Я могла бы взять его прямо сейчас, но знала, что чем дальше мы зайдем, тем лучше будет. И потянула его во тьму туннеля.

Гравий хрустел под ногами, повсюду, издавая острый запах, бегали крошечные создания. Мои друзья, моя семья.

Потом я подошвами почувствовала дрожь… Опасность.

Мос заставил меня остановиться. Он тоже что-то почувствовал.

— Дерьмо! Это поезд?

Опустившись на колени, я приложила руку к рельсу.

— Осторожней! Он…

— Не бойся, Мос. — Я взмахнула свободной рукой. — Вон тот электрический. Этот просто чтобы слушать…

Гладкий, холодный металл под моей ладонью подрагивал, но не от приближения поезда. Все вокруг нас содрогалось: гравий, железные балки, осветительные лампы на шнурах. Сама земля сотрясалась от страха.

Призывая меня к борьбе — la lucha. [43] И Моса тоже.

И внезапно я поняла то, что лекарства Лус скрыли от меня, и что я лишь мельком ощущала в своих песнях. Это создание под землей, это создание, заставляющее землю содрогаться, было нашим врагом.

И зверь внутри меня был создан для того, чтобы сражаться с ним.

— Мы должны быть осторожны. Он рядом.

Мос шумно втянул носом воздух.

— Я слышал это, Мин, на репетициях. В твоей музыке.

— Умненький Мосси.

Он покачал головой.

— Но почему это имеет… запах?

— Потому что оно имеет тело. Оно реально и очень опасно. И, по-моему, прямо сейчас нам не стоит встречаться с ним, поэтому тс-с-с…

Я потащила его дальше в туннель, к следу, оставленному этим старым врагом, — самое подходящее место, чтобы вдохнуть жизнь в зверя внутри меня.

По мере нашего приближения я ощущала, как рвутся остальные путы Лус, как соблазны, и клубки, и споры зверя растекаются по моему организму. В конце концов, я поняла, как это работает. Здесь, внизу, зверь внутри меня вовсе не хотел съесть Мосси, он хотел дальнейшего распространения себя.

Каким-то образом старый враг сделал его… сексуально озабоченным.

Вскоре обнаружилась дыра, изжеванная, разрушенная земля, типа раны в боку туннеля, измазанная черными выделениями врага, которые он использовал, чтобы растапливать землю. Древний враг был огромен, осознала я, достаточно велик, чтобы проделывать собственные ходы, хотя ему нравилось свободно двигаться по туннелям подземки.

Я затащила Моса в эту каменную дыру и прижала к осыпающемуся краю, крепко удерживая за плечи, чтобы он не мог вырваться.