– А вы почему стоите? – обратилась к ним госпожа Ашхен. – Идите садитесь рядом с Анаит!

Девушки застенчиво подошли и сели.

Мягкий и теплый осенний вечер тихо угасал над морем. Кое-где беспокойная волна еще всплескивала серебряным крылом, спеша поскорее добраться до берега.

– Пусть выведут из пристани «Шамирам», – приказала госпожа Ашхен.

– Да, да, да!.. – радостно кричали дети, хлопая в ладоши.

– Из-за холма, позади которого лежал залив, выскользнул убранный коврами корабль. Описав полукруг, он повернулся носом к берегу, где сидели княгини, и остановился прямо против них. Кудрявый смуглый моряк спрыгнул на берег и, склонившись перед княгиней Ашхен, пригласил подняться на борт. Спустили сходни, и ловкие моряки, поддерживая гостей под руку, помогли им подняться на корабль. На палубе был раскинут ковер, ышитые подушки служили сидениями. На носу находилось изображение женской головы с косами. Это и была «Шамирам».

Гости расположились на корме. Позади них стал кормчий – крепкий моряк с обнаженной грудью и густыми усами; на носу расселись мускулистые, загорелые молодые "ребцы. Между ними и гостями устроились гусаны.

Кормчий перекрестился и обратился к гостям:

– Да минет вас беда на море, госпожи!

– Бог в помощь! – отозвались те и тоже перекрестились.

– Ну, благослови, господь! Налега-а-й!.. – скомандовал кормчий гребцам.

Корабль дрогнул, качнулся и выскользнул на морской простор.

Волны шумели вокруг «Шамирам», летевшей в голубую даль. Дети с развевающимися на выбритых головках хохолками столпились вокруг Старшей госпожи.

– Расскажи нам что-нибудь, Мать-госпожа! – упрашивали они, обнимая ее.

– Что же мне рассказать вам, птенчики мои?.. Перезабыла я все.

– Нет, нет, не забыла!.. Расскажи! – не отставали малыши. Старшая госпожа сдалась:

– Ну вот… взгляните на это синее море: это ведь сестричка пятерых братьев, А кто же эти пять братьев? Вон, видите? – показала она на берега Тарона:- Вот это – Мамгун. Рядом с ним – Рштун. Вон тот, что немного отодвинулся назад, – Могк. Рядом с ним… – тут Старшая госпожа остановилась, произнесла «кш» и ладонью стряхнула с платья залетевшие водяные брызги:

– Кш, не брызгай на меня, море! Дети залились веселым смехом:

– Кш, кш, море!

– Да, вот так!.. – продолжала Старшая госпожа. – А рядом с Могком, ближе к нам, – Арцрун. А там, где мы сидели, – там Хорхор. Что же делает море, сестрица пятерых братьев? Оно выбрало место как раз посредине пятерых своих братьев – всех ласкает, всех уговаривает: «Смотрите не ссорьтесь!..»

– И хорошо делает: нельзя братьям ссориться! – подхватили дети.

– Так… Значит, потому и находится море посредине пятерых братьев – и этого приласкает и того приголубит, чтоб дружно они жили. И говорит братьям сестрица-море: «А если вы очень хотите воевать – то воюйте с Немрутом, который вон как нахмурился – сердится на вас!..»

– Вот та гора, Мать-госпожа? – заинтересовались дети.

– Ну да. Наш Гайк-прародитель сразился с Немрутом-Бэлом и победил его. Но, умирая, Немрут-Бэл сказал: «Я умру, но дух мой останется жить в этой горе, чтоб помнили вы меня, глядя на эту гору…» Эта гора и есть Немрут. Видите, как он нахмурился, как косо и злобно глядит на нас?

– Это он там? – переспросили дети, опасливо поглядывая на гору Немрут – Он самый – дух Немрут-Бэла. И пока он там, не переведутся враги у армян… Поняли, птенчики мои?

Незаметно подобравшись поближе, хотя и сохраняя почтительное расстояние, слуги и служанки тоже слушали рассказ матери Спарапета, стараясь не упустить ни слова.

– Эх, Мать-госпожа, – вздохнула жена Нершапуха Арцруни, – когда же переведутся враги у народа армянского?!

– Когда ветры, песчинка за песчинкой, развеют всю гору Немрута! – объяснила та.

– И до тех пор все воевать придется нам, Старшая госпожа? – с горечью спросила жена Гадишо, – Не выдержим ведь, пропадем!

– А вы думаете – легко душу сохранить? – печально проговорила Старшая госпожа. – Думаете, у Вардана моего есть покой, есть отдых? Ослепнуть мне!.. Всегда в боях, всегда в походах,. Э-э, да будет свята воля народа!..

– Чего же хотят от нас враги наши, Старшая госпожа? – задала вопрос мать Артака.

– Душу хотят отнять у нас.. А что мы – без души?..

Дети, не понявшие ни слова из этой беседы, вновь принялись упрашивать Старшую госпожу рассказать им еще что-нибудь. Один из малышей показал пальцем на нос корабля:

– А это что за женщина там, Мать-госпожа?

– Это Шамирам, птенчик мой: она уронила свои бусы в море, хочет их отыскать…

– А кто эта Шамирам, Мать госпожа? Какие это бусы? – встрепенулись дети. – Расскажи нам, Мать-госпожа!

– Рассказы об этом – на дне моря, птенчики мои. Прислушайтесь-ка – море рассказывает…

Перегнувшись за борт корабля, дети начали прислушиваться.

– Не хочет рассказать, Мать-госпожа! – пожаловались они.

– У Шамирам на шее было ожерелье из заколдованных бус, и оно помогало ей побеждать храбрых юношей-воинов, – начала Старшая госпожа. – И вот добрый старец Алкун похитил ожерелье, когда Шамирам купалась, и, держа его в руке, побежал к морю. Шамчрам сплела пращу из своих кос, метнула камень ему вслед, но не попала в Алкуна. Алкун бросил заколдованные бусы в море и спас храбрых юношей от колдовства Шамирам…