Акарас неожиданно рассмеялся.

– Я понял, - и он сжал ладонь Айении в своей, - что ты за меня переживаешь. Я бы на твоём месте делал бы то же самое. Могу сказать лишь, что...
– и он остановился на мгно-вение и посмотрел ей в глаза, - может быть, я приму не самое правильно решение, но я приму единственное.

Ени против своей воли почувствовала себя под большим впечатлением от только что сказанного. Глубоко в душе она до сих пор чувствовала некоторое превосходство над Акарасом в плане опыта в межличностных отношениях (хотя с какой стати, спрашивает-ся?), поэтому постаралась скрыть это под насмешливыми словами:

– Карс, тебе не меня впечатлять надо, а кого-то из них двоих...
– но тут чувство спра-ведливости заставило её немедленно загладить свою вину.
– Знаешь, если мне бы даже полгода назад сказали, что ты будешь встречаться с моей подругой, я была бы против. Но сейчас я думаю, что ты не просто способен на нормальные отношения, но и то, что тебе можно доверить дорогих мне людей. Ты здорово вырос, Лецри.

– И, кому, ты думаешь, я обязан этим?
– Акарас приобнял её за плечи и нагнулся, приблизив своё улыбающееся лицо к её. Его шёпот прошелестел рядом с её ухом как ве-терок по опадающим листьям.
– Спасибо тебе.

– Не за что!
– Айения так широко улыбнулась в ответ, что зажмурила глаза. Так, на-слаждаясь моментом полного взаимопонимания, они медленно шли по лесу, ловя проле-тающие мимо редкие листья.

Из-за радуги, устроенной у самого входа, Академия потеряла часть своей величест-венности, как казалось Ени, когда они вышли из леса в долину, где находилась их альма-матер. "Будем надеяться, это одногодичный эксперимент, наверняка предложенный Ксан-дром или Кэсэист, с которым по пьяни согласилась декан. Хотя некоторым нравится..." Лавендер, Калев и Синта совершали ботаническую экскурсию по секторам под подробные комментарии последнего. Впрочем, Лав, казалось, слушала вполуха, выглядывая растения посимпатичнее и собирая их в букет, не забывая каждый раз поинтересоваться у Синты не укусит ли её вот этот вот цветок.

Когда они с Акарасом подошли ближе, Лав замахала им букетом.

– Что это у неё за веник в руке?
– поинтересовался Акарас.

– Только попробуй сказать это при ней вслух, она тебя прибьёт. А я добавлю, - про-шипела в ответ Ени. Акарас возвел глаза к небу, но ничего не сказал, когда группа "экс-курсантов-ботаников" приблизилась к ним вплотную. Лав отделила от объёмистого ве-ни... тьфу, букета красивое высокое растение с сочными гладкими зелёными листьями и красивыми цветками необычной формы серебристого цвета, свисающими с длинного стебля.

– Это тебе, ты у меня именно с ним ассоциируешься.

Ени с благодарностью приняла подарок и вопросительно взглянула на Синту.

– Это колокольчик. Очень давно известный цветок. Символизирует жизненную силу и вместе с тем хрупкость, поскольку расцветает очень рано весной.

– Видишь, как я правильно угадала?

– Хрупкость, ха...
– в сторону буркнул Акарас и получил удар под рёбра.

– Как насчёт того, чтобы отметить начало второго курса где-нибудь в городе?
– спро-сил подошедший Сайлас.
– Там, - кивок в сторону остальной группы, - все согласны.

И здесь никто не возражал. Обсуждая подходящее место, все направились к входу в Академию и тут Ени, которая считала, что все треволнения на сегодняшний день закончи-лись, ожидал большоой сюрприз. Конечно, как она могла об этом забыть: Академия, нача-ло учебного года, значит, преподаватели, как же иначе... Но вид Энзеллера Авито на сту-пеньках лестницы поразил её как гром среди ясного неба. Судя по тому, как он замер, он тоже её заметил.

Акарас, в кои-то веки не выступающий как один из субъектов напряженных лично-стных взаимоотношений, среагировал достаточно быстро и воспользовался возможностью показать себя надёжным другом. Почувствовав, как мгновенно застыла Ени, и увидев Авито, он мгновенно сложил два и два, аккуратно снял руку с плеча девушки (не то чтобы она заметила это), и умело отгораживая однокурсников от подозрительного выражения лица Айении, начал подгонять их вперёд.

– А как же Ени?
– попыталась обернуться Лавендер.

– Ей ещё нужно переговорить с Кэсэист, - отрезал Акарас, - потом она нас догонит.

"Что маловероятно", - добавил он про себя, проходя мимо преподавателя. Выраже-ние лица Авито вызывало подозрения.
– "Что-то здесь происходит. Ладно, выясню потом". И с приятным осознанием выполненного дружеского долга Карс отправился на коллек-тивную вечеринку курса.

Если Ени и заметила, что Карс куда-то делся, то отметила это разве что краем под-сознания. За каникулы она много раз проигрывала варианты встречи с Авито впервые по-сле того памятного вечера, но ни разу не могла продвинуться дальше простого приветст-вия во многом из-за того, что не могла предсказать его реакцию. Но сейчас дело было в другом: когда она представляла их будущую встречу, то думала, что будет ощущать рас-терянность, неловкость, может, даже ярость... но в реальности её первой реакцией было... восхищение. Надо же, она и забыла, как он красив. На первые несколько секунд все мысли вылетели у неё из головы, она была ошеломлена тем, что снова увидела его вживую и вблизи. Все эти вопросы, которые она хотела ему задать, все претензии, которые она со-биралась ему высказать... померкли пред этими тёмно-золотыми волосами, перекликаю-щимися цветом с отчаянно прекрасными глазами, ооо... и этот соблазнительнейший загар, интересно, где он его получил... Сейчас Авито был не в своём обычном костюме, а в ру-башке с достаточно открытым воротом и короткими рукавами, которая предоставляла воз-можность насладиться этим загаром по полной программе и, кроме того, отлично смотре-лась на его худощавой фигуре, и эти тончайшие черты лица, которым напряжённое, почти болезненное выражение добавляло ещё больше выразительности... Так, стоп. Напряжён-но-болезненное? И тут Ени вернулась к реальности. К реальности, в которой она не могла даже наслаждаться видом любимого человека, поскольку его почти испуганные глаза не отрываясь смотрели на неё.

Ени прерывисто вздохнула и её лицо практически отразило выражение Энзеллера: боль, смешанная с обреченностью. Она глубоко вздохнула ещё раз и двинулась ему на-встречу. Каждый шаг, казалось, увеличивал тяжесть на её плечах и добавлял по холодно-му камню в груди. Теперь, когда их отношения прояснились, она бы предпочла держаться от него подальше, как и намеревалась весь прошлый год, ожидая, пока эти чувства не утихнут. Но теперь к его статусу преподавателя добавился ещё и факт родства. Откровен-но говоря, Айения сейчас, вместо того чтобы приближаться к всё ещё неподвижному Ави-то, охотнее сбежала куда-нибудь на край света. Но кое-какие обстоятельства оставаться невыясненными не могли, как носитель фамилии Шонор она не могла проигнорировать существование своего единственного родственника. Как бы она обрадовалась тому, что не является единственной в роду ещё год назад... А сейчас при одной мысли, что он её дядя, ей становится трудно дышать. Девушка криво ухмыльнулась и подняла глаза на стоящего на две ступеньки выше её мужчину: