Шрифт:
– Отвезешь Дашеньку в Ложкино, потом пригонишь ей машину, – скомандовал Круглый. – Да объясни, как с тобой связаться.
Бекас кивнул и выскользнул тенью в коридор. Иван Михайлович налил на посошок и довел меня до входной двери.
Собаки трусили сзади.
– И псам ты понравилась, – сообщил авторитет. – Что, я слишком старым показался? Буду звонить. Может, найдешь время с дедушкой поужинать?
Он поцеловал мне руку, я пошла к машине. На этот раз во дворе стоял сверкающий глянцевый «Мерседес». Бекас бросил быстрый взгляд на кольцо и почтительно спросил:
– Где сидеть предпочитаете, хозяйка?
– Лучше сзади.
Мы помчались с немыслимой скоростью. У выезда на шоссе обнаружили пост ГАИ. Бекас притормозил и крикнул маявшемуся от скуки постовому:
– Дежуришь, Петька?
– И не говори, Бекас, – отозвался тот, – жарко, просто подыхаю.
– Закончишь – заходи, Федька холодненьким пивком угостит.
Гаишник радостно заулыбался, мы понеслись дальше.
До Ложкина добрались в момент. Мой спутник лихо притормозил и сообщил:
– Сейчас «вольвешник» пригоню.
Не успела я сказать слово, как «Мерседес» взревел и улетел прочь. Абсолютно обалдевшая, я пошла в дом и уже в холле сообразила, что не дала водителю ключи от «Вольво». Проездит зря, бедолага!
Дома поджидала другая невеста. На этот раз Гера привел щупленькую белобрысую девицу. За столом, кроме жениха и невесты, сидели Нина Андреевна, Кеша, Зайка и Маня.
– Где Римма Борисовна? – тихо спросила я у невестки.
– Намазалась с утра ихтиолкой, до сих пор отмыться не может, – хихикнула Ольга.
Похожая на лабораторную мышь девушка занудно рассказывала рецепт фирменного пирога. Вынести подобное выше человеческих сил.
– Пойду покурю, – сообщила я и вышла во двор. За мной выскочила Маня с собаками. Мы уселись на ступеньках. Звенела вечерняя тишина. Где-то далеко квакали лягушки. Собаки лежали у ног, изредка шумно вздыхая. Почти стемнело, и на небе высыпали крупные звезды.
Вдруг раздался шум мотора, и во двор влетел автомобиль. Бедный «Вольво», никогда раньше он не носился с подобной скоростью. Встав у крыльца, машина будто с облегчением вздохнула. Бекас выскочил наружу и увидел собак.
– Ну и ну, – ахнул он, – вот тех больших знаю, черненький вроде пудель, а маленькие, ну и уроды! Кто же такие?
– Это не уроды, – возмутилась Маня, – мопс и йоркширская терьерица, между прочим, муж и жена.
– Спасибо, Бекас, – проговорила я. – Как вы без ключей сумели завестись?
Парень улыбнулся.
– Ну, многие лохи запасные ключарики под задним бампером держат. Да и без них уехать ничего не стоит. Я – профессионал. Первый срок за угон мотал.
– Хотите чаю? – спросила Маня.
Бекас оторопел:
– Ты мне?
– Ну да, – кивнула Маня, – еще пирожки есть, торт и эклерчики, очень вкусные.
Бекас явно растерялся. Наверное, парня редко зовут к столу.
– Вообще-то ехать пора… – промямлил он.
– Ну чашечку можно, – сказала я.
– Пошли, пошли, – подхватила Маня. – С Фифиной и Маркизой познакомитесь.
– Вроде как не одет я, – вяло сопротивлялся Бекас.
Но Манюня ухватила его за руку и поволокла в столовую.
Я осталась сидеть на крыльце. Чудных знакомых приобретаем мы иногда.
Глава 12
Утром опять подняли в несусветную рань. Старухи торжественно восседали за столом.
– Как вам Леночка? – осведомилась Римма Борисовна.
– Кто? – не поняла я.
– Ну та, что вчера приходила.
– Вроде ничего, – без всякого энтузиазма пробормотал Кеша, – скромненькая такая, ненакрашенная…
– А мне не очень, – сообщила Римма Борисовна, – и Гере не по душе. Будем дальше искать, правда, сыночек?
Гера молча кивнул.
– Кстати, сегодня пятница, – не умолкала Римма Борисовна.
– Ну и что? – спросила Нина Андреевна.
– Все-таки ужасно, приехать в Москву и не сходить в Большой театр! – вздохнула свекровь номер три.
– Так за чем дело стало? – удивился Кеша. – Сегодня же куплю вам с Герой билеты.
– Нет, нет, – возразила Римма Борисовна, – одни не пойдем, только все вместе.
Я чуть не подавилась. Ну совершенно не выношу семейных походов, аллергия у меня на них. Но Кешка покорно согласился:
– Ладно, значит, куплю семь билетов. Кстати, на что?