Недосуг ему. Ладно, если гора не идет к Магомету, то Магомету следует взять ноги в руки и двинуться к горе. Поеду к Андрюшке и покажу ему где раки зимуют!

В большом здании по длинным коридорам носились люди. Крахмальников сидит в крохотном помещении, размером с клетку для канарейки. Все пространство занимают письменный стол, два стула и сейф. Причем за стол Андрюшка протискивается боком, регулярно роняя при этом телефон, стэплер и банку со скрепками. Одна стена кабинетика сплошь занята огромным окном, а на подоконнике Крахмальников держит электрический чайничек фирмы «Тефаль» и сахар.

Банку с растворимым кофе и вкусный чай «Липтон» жадный Андрюшка прячет в сейф. Боится, что налетят коллеги и все выпьют.

Услышав звук приоткрывающейся двери, Андрюшка недовольно оторвался от пухлой папки и чуть не уронил ручку.

– Ты?!

– Чего так удивляешься? – хмыкнула я и втиснулась в кабинетик.

Как-то раз Крахмальников, сидя у нас в гостях, страшно раскипятился и заявил, что журналистов, которые без конца пишут о безобразиях в системе МВД, следует убивать на месте.

– И з-за нескольких придурков пятно ложится на всех! – шумел Андрюшка.

– Хочешь сказать, никогда не лупил задержанного? – спросила ехидная Зайка.

– Я, – четко и твердо ответил майор, – никого ни разу в рабочем кабинете и пальцем не тронул.

Верю ему безоговорочно: тут просто негде размахнуться.

– Ты как прошла без пропуска? – продолжал изумляться приятель.

Да просто, дурачок, у меня в здании есть пятая колонна по имени Леночка, бессменная секретарша Александра Михайловича. Лет ей вокруг сорока, и она до сих пор уверена, что лучшей жены, чем я, полковнику просто не найти. Но выдавать Лену Андрюшке совершенно не хочется, поэтому только пожала плечами и сообщила:

– Постовой зазевался, вот и проскочила.

– Да уж, – недовольно пробормотал майор, – везде пролезешь.

– Где полковник? – решила я не обращать внимания на хамство.

– Уехал в командировку.

– Куда?

– Служебная необходимость, – загадочно сообщил Крахмальников.

Я села на стул и попросила:

– Плесни кофейку.

Терпеть не могу растворимых напитков, но рассказывать об истории с Костровым следует под выпивку. За отсутствием спиртного сойдет «Нескафе» – я от этой бурды моментально делаюсь как пьяная.

Но Андрюшка даже не шелохнулся.

– Кофе кончился, и тебе пора домой.

– Подожди, – попробовала я добиться того, чтобы меня выслушали, – тут такая штука вышла, не поверишь!

– Ну и что? – умехнулся Крахмальников. – Небось кошелек потеряла или телефон…

Секунду я молча глядела на него. Ничего не стану рассказывать дебилу! Пусть занимается пустым расследованием. Хотя дам ему еще один шанс.

– Андрюшенька, не знаешь, как там дело Клюкина?

– Кого?

– Ну, Вани, которого отравили стрихнином на вечеринке у Харитоновых.

– Кто рассказал глупости? – сердито выпалил майор. – Откуда сведения о стрихнине?

– Дегтярев…

– Болтун, – в сердцах воскликнул Андрюшка, – а еще полковник. Ты, Дарья, давай домой. Александра Михайловича не будет примерно неделю, так что сейчас за тебя я в ответе. Собирайте манатки и дуйте в гостиницу, хватит, нагостились, пора и честь знать.

– Сами же велели изучать дом Харитонова…

– Это все твой дружок, – вздохнул Андрюшка, – давай, говорит, Дарью подключим, она разузнает. Я возражал – не надо в дело всяких баб впутывать, растяп и неумех. Да у нее все из рук вечно валится, ну куда такой оперативное задание давать. Нет, уперся рогом: Дашка сделает…

Он еще долго плевался огнем, но я уже отключилась. Растяпа и неумеха? Все из рук валится? Ну, Крахмальников, погоди! Хорошо, что не успела рассказать тебе о таинственно спасшемся Володе Кострове. Никогда не раскрыть тебе тайну смерти Клюкина, и с делом об убийстве Олега Андреевича наши доблестные органы тоже сядут в лужу, потому что я сама займусь расследованием, а когда узнаю, моментально расскажу все главному редактору газеты «Московский комсомолец» Паше Гусеву. Знаю его сто лет, еще со студенческой поры. Вот тогда и поглядим, кто из нас растяпа и неумеха, а кто блестящий детектив!

– Ладно, Андрюшенька, – пробормотала я, поднимаясь, – поеду, пожалуй.

– Зачем же приходила? – внезапно спросил майор.

– Да так, Дегтярева потеряла, не звонит, вот и заволновалась…

– Зря, занят он, освободится и свяжется с тобой.

Майор даже не пытался скрыть, насколько он ждет моего ухода. Я не стала томить приятеля и сделала ручкой:

– Пока.

– Пропуск давай.

– Какой пропуск, – прикинулась я идиоткой, – сказала же, как пролезла.

– Ну-ну, – вздохнул Андрюшка, – посмотрю теперь, как назад вылезешь.