— Что с ним?

Черноволосый рассмеялся.

— Никогда не видел снулой рыбки? Что-то у господ караванщиков не заладилось и заклинание, которым нагоняют воздух в чан, перестало работать. Времени старху осталось — в лучшем случае до обеда. Он дышит воздухом, растворенным в воде — и, когда он кончится, одной рыбой на земле станет меньше.

Воин кивнул на странные трубки, торчащие из чана.

Элан медленно кивнул, вспоминая учебники по физике.

— Слушай, а как тебя зовут?

— Кондиг. Я воин из народа теев, захвачен во время набега. Кто ж знал, что в том распадке засада. А эту снулую рыбку зовут Крей. Хотя теперь уже — звали.

— А откуда ты знаешь, как его зовут?

— Пока работал магический движитель, мы могли говорить сквозь трубки. Стархи булькают во время разговора, но понять можно. А что?

— Помоги снять рубашку. Только не рви — она нам ещё потребуется. И вытащи несколько тонких прутьев из борта тележки. Попробуем помочь собрату по несчастью…

Минут через двадцать импровизированные меха были готовы и работа закипела. Было ужасно неудобно вручную нагнетать воздух сквозь тонкие трубки — однако пузыри шли, и через какое-то время послышалась странная, булькающая речь:

— Спасибо. Хотя лучше бы вы оставили меня в покое. Смерть от удушья мучительна, но от магических экспериментов — не лучше.

— Не спеши помирать. Кто знает, что ждёт тебя впереди.

Хранитель неосмотрительно подошёл к краю чана. Щёлк — он еле успел отшатнуться. Узкая рука стремительно выскочила из воды. На тонких, ажурных пальцах внезапно выросли острые когти.

— Зачем?

Послышался булькающий смех.

— Я хотел подарить тебе самое ценное, что есть у меня — лёгкую смерть. Ты добрый человек и заслужил такой уход — быстрый и плавный, как бег волны во время штиля…

Элан вздохнул. Похоже, работы здесь было невпроворот…

Тело. Новое и тонкое, звенящее, словно струна. Энергия била через край, хотелось бежать, петь, кричать… Однако от крика дракона, даже в человеческом теле, могли рухнуть скалы, и Грея решила выбраться из пещеры, в которой проснулась. Мрак, облегающий её стройное тело, словно плотные, дорогие одежды, не мог помешать стремительному бегу — там, где бессильны глаза, есть другие чувства — слух, обоняние, осязание…

Гулко звучат шаги, рождая эхо гранитного перестука. Вот звук изменился. Значит, впереди трещина — тело само сделало прыжок, вновь оказавшись на безопасном месте. Сменился запах — впереди плесень, ноги нужно ставить отвесно, чтобы не поскользнуться. Повеяло ветерком — значит, выход — там, и нужно ускорить и без того сумасшедший бег.

Воздух обдувал разгорячённое тело, создавая приятную лёгкость и осторожно щекоча локонами волос лицо. Свет, тускло замаячивший впереди, мигнул раз, другой — и брызнул в глаза пучком солнечных лучей, создавая сцену для выхода. Ещё несколько шагов — и вот она, свобода быть большой и сильной, свобода делать то, что хочется её новому телу. А рядом — море. Оно играло барашками волн, манило ласковым рокотом и было совсем близко…

— Стой! — Странный, шипящий голос, рождённый явно не в человеческой глотке. Грея развернулась, изучая…

— Откуда ты оказалась на архипелаге Великого Змея, человеческая девушка? Ты решила, что ты великий маг — и построила портал в неведомое? Здесь не любят незваных гостей…

Невесть откуда взявшаяся сеть сковала движения, заставив драконессу в недоумении остановиться — и давая время странным собеседникам подойти поближе. Несколько человекообразных фигур, с небольшими хвостами, в плотной одежде, сшитой не иначе, чем из чешуи рыб, безволосые, с плотно прилегающими к черепу ушами, с узкими выпуклыми глазами — со странным вертикальным зрачком — и при этом зелёными, как молодая трава. В руках они держали копья с костяными наконечниками. Грея рассмеялась. Её смех, вначале по девичьи звонкий и беззаботный, становился всё ниже и ниже, рождая громовые раскаты. Странные люди упали, зажимая уши руками — однако отпускать добычу они явно не хотели. Один из людей — ящериц поспешно выкрикнул приказ — и магическая сеть принялась сжиматься, подбираясь к горлу…

— Давай, выходи! — Элан с трудом сел, разминая затёкшее тело и щуря глаза. Цепи давили невыносимо, не давая толком уснуть. Впрочем, несмотря на тряску, он заставил себя покемарить часок-другой, справедливо рассудив, что ночью в его положении лучше попытаться исчезнуть из странного лагеря.

— Давай! Сиятельный господин Н`Рёк желает поговорить с тобой. — Древко копья чувствительно прошлось по рёбрам, заставляя торопиться. Землянин с трудом встал и вышел из повозки. Цепи стянули так, что нельзя было выпрямиться — или широко шагнуть.

Солнце садилось за горизонт, и караван невольников устроился на ночлег. Удобная поляна недалеко от реки вместила несколько повозок, уже были расставлены шатры, разложены костры — и рабы сбились кучей у самого берега, наблюдая за огромным котлом, в котором один из рыжебородых помешивал поварёшкой какое-то вязкое месиво — по всей видимости, аналог местной каши.

Предводитель караванщиков успел устроиться довольно удобно, в красивом и богато разукрашенном шатре, лениво развалясь на подушках и ощипывая с грозди что-то чертовски напоминающее виноград. Перед ним на деревянной подставке лежал… кристальный пепел!