– Не знаю. Почти не говорит. Остальные недавно ушли, хотя скоро вернутся. Ей лучше, когда они рядом. – Он поднял на Магоцци встревоженный взгляд: – Она до сих пор боится. Я не понимаю. Ведь все кончилось?

Он кивнул, встал на ноги.

– Должно пройти какое-то время. Присмотришь за ней?

– А как же! Клянусь вашей белой задницей.

Грейс долго не подходила к двери. Потом послышалось металлическое звяканье засовов, открывавшихся один за другим, потом дверь чуть-чуть приоткрылась, она выглянула в щелку.

Темные волосы распущены, взлохмачены, рассыпаны по плечам, в глаза больно смотреть. Белый халат абсолютно неуместен в такое время дня. В кармане вырисовывается пистолет. Интересно, сумеет ли она когда-нибудь с ним расстаться.

– Можно войти? – спросил, Магоцци и уже собрался объяснить, что ему надо с ней кое-что обсудить, может, будет какая-то польза, может быть, он сумеет помочь, если она даст ему хоть полшанса…

Она просто стояла, смотрела. Он не мог разгадать ее взгляд, но на мгновение с ужасом перенесся в тот вечер, когда она захлопнула перед ним дверь, потому что он коп, они вечно враждуют, потому что он неразрывно связан с кошмаром, которого она не может забыть.

«Отведи глаза, отпусти ее» – приказал он себе.

Еще чего.

– Я не уйду, Грейс.

Брови чуть шевельнулись.

– Не уйду. Не хочу. Не уйду, пока ты со мной не поговоришь, а если не пустишь, буду до ста лет сидеть тут на ступеньках. Тебя оштрафуют за нарушение общественного порядка.

Голова слегка наклонилась, всего на дюйм, но во взгляде что-то переменилось, словно где-то в душе мелькнула совсем слабенькая улыбка, которая, возможно, со временем появится и на губах.

– Заходи, Магоцци.

Она взяла его за руку и ввела в дом, оставив двери широко открытыми.