– Да нет! – крикнул Лангер вслед Магоцци в торговом центре, не желая прибегать ни к каким оправданиям. – Вы не поняли! Я вообще не взглянул на того, кто ее вез! Я опытный сыщик, все должен видеть! А видел только женщину в инвалидном кресле! – К тому времени он уже трясся – конечно, от холода, но и от какого-то личного наваждения, в котором Магоцци не мог пока разобраться.

Петерсон говорил почти то же самое, только просто пинал себя в задницу, тогда как Лангер облачился во власяницу, не видя на всем белом свете для себя другой одежды.

– Привет, Лео.

Магоцци оглянулся, чувствуя легкий толчок в плечо и нежный цветочный запах духов Глории. Ничего приятней за весь день не слышал. Господи, как хорошо, когда рядом крутятся женщины!

– Рэмбо звонил, – сообщила она, сунув ему в руки пачку розовых листов бумаги. – Насчет жертвы из торгового центра немало зацепок. Он еще с ней работает, но считает необходимым немедленно поставить тебя в известность. Вдобавок тебе целый день трезвонит шериф из Висконсина. Я чуть не рехнулась.

– Чего ему надо?

– Не знаю. Ничего не просил передать, да и мне ни слова не сказал.

– Ладно, сам разберусь, – вздохнул Магоцци, оглянулся на Фридмена, перебиравшего стопки бумаг, казавшиеся почти монолитными в желтом верхнем свете. – Регистрационные списки?

Сержант мрачно кивнул.

– На проверку даже правильных адресов и фамилий уйдут дни, недели, а половина моей бригады торчит в торговом центре. Вдобавок у меня из головы не выходит утверждение этой самой Макбрайд, что убийцы вообще нету в списке. Начинаю думать, не топчемся ли мы на пустом месте.

– Я тоже. – Магоцци нахмурился, потер уже ставшую постоянной глубокую складку между бровями. – У тебя еще люди работают?

– Двадцать человек, круглосуточно. Мы никогда не спим.

– Продолжайте. – Детектив похлопал сержанта по каменному на ощупь плечу, потащился к своему столу, по-стариковски опустился на стул, сел и какое-то время просто сидел, дав мозгам передышку.

Джино уже устроился за собственным столом напротив и орал в телефон, заткнув пальцем другое ухо, чтобы шум не мешал:

– Когда вернусь, не знаю, а сам хочу знать, что сейчас на тебе надето?..

Магоцци улыбнулся. В этом весь Джино. Что бы ни происходило вокруг, он говорит с Анджелой только о них самих. Завидно до боли.

В восемь вечера шериф Холлоран связался наконец с детективом Лео Магоцци, и то слишком воинственная секретарша, в десять раз хуже Шарон, соединила лишь после угрозы подать на нее в суд за препятствие исполнению представителем закона должностных обязанностей.

– Сплошное дерьмо собачье, – хмыкнула она в ответ.

– Знаю, но я в отчаянном положении.

Почему-то это ее рассмешило, и она его переключила на детектива, в тоне которого слышалось искреннее раскаяние и неподдельная усталость.

– Извините, шериф… Холлоран, верно?

– Верно. Округ Кингсфорд, штат Висконсин.

– Извините, что не перезвонил. У нас тут сегодня такие дела…

– Я слышал в новостях об убийстве в «Молл оф Америка», постараюсь надолго вас не задерживать.

– Постойте, минуточку… Округ Кингсфорд? Господи, будь я проклят! Простите. У вас сотрудник на этой неделе погиб?

– Помощник шерифа Дэниел Пелтиер, – подтвердил Холлоран и зачем-то добавил: – Дэнни.

– Хочу вас заверить, мы искренне огорчились, услышав об этом. Страшная потеря.

– Людей всегда страшно терять.

– Знаю. Слушайте, даже не верится, что шеф вам не звонил… Точно знаю, мы выслали машину в подмогу…

– Я разговаривал с вашим шефом, и мы очень признательны за такое внимание. Детектив Магоцци, я звоню не по этому поводу.

– А по какому?

– Нам назвала ваше имя мать настоятельница католической школы в Сент-Питере, штат Нью-Йорк.

Собеседник молчал так долго, что Холлоран вынужден был прослушать обрывки торопливой болтовни копов в Миннеаполисе.

– Детектив Магоцци! Вы слушаете?

– Да. Простите. Вы меня слегка огорошили. Просто пытаюсь свести концы с концами. Можно спросить, зачем вы сегодня обращались в школу?

Холлоран сделал долгий, медленный выдох, как всегда делал, готовясь спустить курок.