–  Я работал на самого себя.

–  Возможно. Но ты же не станешь отрицать, что вернулся в Эргалот по приглашению этого старого еретика Барнаса?

–  Я бы посоветовал тебе выбирать выражения, де Ласс.

–  Ах, прости. Не хотел обидеть бедного слепца. Но сейчас не о нем разговор. Для нас он сыгранная карта. А вот ты Коллегии нужен.

–  Это почему?

–  Потому что ты все эти годы умудрялся выживать в ситуациях, которые стали бы безнадежными для любого другого. Ты и понятия не имеешь, сколько идиотов берет на себя непосильное бремя вести войну с Теневым миром. И почти все они давно оказались на кладбище. Или присоединились к Братству, с которым так самозабвенно боролись. Один ты продолжаешь нас удивлять. Сколько лет ты ведешь свою охоту? Семь? Восемь? Можешь не отвечать - я догадываюсь, что ты занялся этим вскоре после того, как тебя выставили из Университета. Уж не знаю, чем тебе насолили вампиры, но ты все эти годы их жестоко преследовал.

–  А разве они того не заслуживают?

–  Позволь один вопрос, Ла Мар - как ты вообще узнал о существовании вампиров? У тебя, помнится, никогда не было доступа к высшим тайнам Магна Коллегии.

–  Жизнь, де Ласс. Она определяет место каждого. И роль для каждого из нас выбирает тоже она. Мне она определила роль истребителя вампиров.

–  Ты не ответил на мой вопрос.

–  Ладно, я скажу тебе. После того, как ты и тебе подобные субъекты сделали для меня невыносимой жизнь в Университете, я уехал на юг, к себе на родину, в Легалот. Говоря по чести, я хотел бросить к демонам всю эту магическую дребедень и заняться чем-нибудь более полезным - например, жениться и родить детей. Но все решает случай. Чтобы заработать на жизнь я занялся алхимией и целительством. В одной из деревень ко мне обратилась женщина, дочь которой страдала от неизвестной болезни. Болезнь и в самом деле была необычная, я сумел поставить правильный диагноз только потому, что в свое время внимательно читал трактаты по демонологии.

–  Порфирия?

–  Она самая, - Ла Мар помолчал.
– Девушка была заражена. Естественно, я сначала не поверил в то, что происходит. Я пробовал ее лечить, но все было бесполезно. Пришло время, и порфирия перешла в самый настоящий вампиризм. Именно тогда я совершил свое первое убийство. Догадываешься, кого я убил?

–  Свою пациентку. Сочувствую. А потом ты начал искать первопричину?

–  Именно. Меня потрясло случившееся, и я понял одну очень важную вещь - Магна Коллегия лжет, когда убеждает всех и каждого, что Потусторонних не осталось. Я начал искать нити, ведущие меня к разгадке. Целый год я изучал все, что касалось вампиров и прочих родственных им тварей. Я интересовался всеми необъяснимыми исчезновениями, загадочными смертями, собирал слухи и суеверия. Расспрашивал людей в отдаленных провинциях, странствовал по диким местам. Искал следы. И я их находил, де Ласс. А потом взялся за оружие, чтобы покончить с тварями, которые по-прежнему живут рядом с нами.

–  Откуда такая ненависть, Ла Мар? Тебе-то вампиры не сделали ничего плохого.

–  Они сделали меня убийцей. Мать девушки до сих пор не знает правды о том, что случилось с ее дочерью.

–  Печально. И что же было потом?

–  Потом я начал видеть в темноте и находить следы, оставленные на воде.

–  Очень образно. У тебя поэтический талант. Как и все маньяки-убийцы, ты сентиментален. Теперь я понимаю, почему ты сохранил жизнь девчонке из крепости в Норринге.

–  Я объяснил тебе, откуда знаю о вампирах. Теперь расскажи, какого дьявола тебе от меня нужно.

–  Не мне - Коллегии. Но сначала возьми это, - де Ласс бросил на столик, стоящий между ним и Ла Маром, тяжелый мешочек с серебром.
– Это сто ардженов, плата по контракту Салмира. Ты ее заработал.

–  Не стоит. Мне заплатит Салмир.

–  Уже заплатил. Это его деньги. Мой человек получил их для тебя, когда любвеобильный сынок орибанца вернулся к папочке.

–  Я не верю тебе.

–  Твое право. Но деньги возьми, ты их заработал. На этот раз вполне бескровным и безопасным способом.

–  В смысле?

–  Девушка по имени Элони, из-за которой ты здесь - действительно Дитя Тени. Твоя интуиция тебя не подвела. Но при этом она еще и наш осведомитель. Точнее, мой осведомитель. Через нее я контактирую с высшей иерархией Братства. Ты же понимаешь, я не мог допустить, чтобы такого ценного агента прихлопнули из-за сотни серебряных монет. И не беспокойся - Джульяра она не покусала. Мальчик сохранил свою девственную чистоту.

–  Ты защищаешь вампиров?

–  Только одного вампира. И должен тебе сказать, что Элони безумно хороша собой. Гораздо эффектней твоей… Умницы. А ты ведь очень дорожишь Умницей, не так ли?

–  Почему вы покрываете этих тварей, де Ласс?

–  Хороший вопрос. Мы не покрываем их - мы их контролируем. Вампиров не так много: после того, как ты прикончил в Норринге Райлена и его собратьев, осталось только шесть кланов, поклоняющихся Чаше. Три-четыре десятка вампиров по всей Селтонии и близлежащим землям, всего-то навсего.

–  Что значит - «поклоняющихся Чаше»?

–  Теневая Чаша - один из могущественных артефактов, дающий бессмертие и силу Теневой Стороны. Похоже, это всего лишь вампирский фольклор, но эти ребята в нее верят. Они создали внутри Братства что-то вроде тайного общества, символом которого является шестнадцатиконечная звезда.

–  Эта?
– Ла Мар показал Допросчику перстень, который снял с пальца мертвого Райлена.

–  Вероятно, - небрежно ответил де Ласс, мимоходом глянув на печатку.
– У Потусторонних странные фантазии. Впрочем, это их дело.

–  Райлен был хорошо осведомлен о моих делах, - помолчав, сказал Ла Мар.
– Не ты ли ему обо мне рассказывал?

–  Нет. У меня была встреча с другим осведомителем, связанным с Райленом. Подробности тебя не касаются. Но уже тогда я знал, что ты рано или поздно выйдешь на этот клан. Подданные Райлена вели себя неблагоразумно. Связались с бандитами, начали совершать немотивированные нападения. Хотя, какие могут быть у вампира мотивы, кроме жажды крови, ха-ха-ха! В том, что случилось с норрингскими вампирами, был свой резон, и ты, откровенно говоря, сэкономил мне массу времени и сил. Райлен был обречен с того самого момента, когда потерял контроль над своими упырями. Когда Этцель вышел на тебя, мы в Коллегии уже знали, что Райлену конец. Смешно было бы полагать, что Ла Мар-убийца оставит в живых хоть одного Потустороннего. Кстати, после расправы над вампирами в Норринге, герцоги кланов через Элони пытались убедить нас найти на тебя управу. Ты их очень беспокоишь. Я постарался их заверить, что подобные случаи не повторятся.