Аллочка, а не слишком ли всерьез ты вдруг стала себя воспринимать?

Не успела я ответить на этот животрепещущий вопрос, в дверь постучали.

– Что случилось? – рявкнула я, потому что от неожиданности чуть не захлебнулась.

– Алла Валентиновна, вы там долго еще будете? – спросил смутно знакомый мужской голос. С большим трудом удалось сообразить, что это Леонид.

– А что?

– Надо ванную проверить. Но мы можем и подождать.

– Да, подождите минут пятнадцать, пожалуйста!

Вот черт! Я лихорадочно стала перебирать шампуни на полке. Фен! Вот он, на крючке, в пластиковой сумочке. Уже лучше, но все равно…

Ровно через пятнадцать минут я выскочила из ванной в халате, с полотенцем на голове и феном наперевес. Леонид и еще двое незнакомых субъектов, похожих на “людей в черном”, сидели на кухне. На столе, рядом с кофейными чашками, громоздились неведомые мне приборы. Я шмыгнула в гостиную и закрыла за собой дверь.

Фен оглушительно ревел, поэтому ни шагов, ни стука в дверь я просто не услышала. Откинула с лица еще влажные волосы и увидела стоящего на пороге Леонида. Он смотрела на меня, удивленно моргая.

– Что? – спросила я растерянно-нахально и выключила фен.

Леонид молчал. Потом слегка пожал плечами и сказал:

– Мы закончили.

– Нашли что-нибудь?

Он снова помолчал, словно размышляя, стоит ли мне что-нибудь говорить.

– Нет, не нашли.

После чего развернулся, как солдат на параде, через левое плечо, и вышел. Я с трудом перевела дух.

На столе лежала записка: “Если ничего не найдут, позвони матери. Она беспокоится”.

Еще бы! Сначала звонит какой-то мужик и говорит, что доченька уехала. Потом другой мужик (а может, и тот же самый, уж не знаю, кто ей звонил) начинает ее же разыскивать. Скорее всего, то же самое делает и доблестная милиция.

А если телефон все-таки слушают?

Тут я заметила на письменном столе многострадальный “Эрикссон”. Интересно, можно ли узнать место, откуда звонят по сотовому? Наверно, можно. Кажется, в кино я видела что-то подобное. Но для этого нужна специальная аппаратура и какое-то время для определения пеленга. Нет, вряд ли меня смогут засечь. Но на всякий случай я решила, что, если мама подойдет сама, скажу, что все в порядке, и сразу повешу трубку. Или скажу то же самое на автоответчик.

– Здравствуйте! – маминым голосом отозвался вышеозначенный агрегат. – Вы позвонили в квартиру Кривичевых. К сожалению, сейчас мы не можем подойти к телефону. Оставьте сообщение после звукового сигнала.

– Мам, это я. У меня все в порядке, я…

– Алла, подожди! Только не вешай трубку!

Вот паскудство! К телефону подбежал Кирюша. Только его мне и не хватало.

– Пожалуйста, Алла! Мне с тобой надо поговорить!

Голос его звучал так жалобно, что я дрогнула.

– И чего ты хочешь?

– Ал, я хочу объяснить. Я же знаю, ты меня видела. Ну, в магазине.

– А-а…

– Черт, я понимаю, - он говорил вполголоса, видимо, мама была дома, но в другой комнате или на кухне, - это звучит глупо, но…

– Это не то, что вы думаете, - перебила я. – Просто обожаю эту фразу.

– Но это правда! Юля – сестра моего друга Саньки. Мы покупали продукты к Санькиному дню рождения.

– И ты хочешь сказать, что у тебя с ней ничего нет. Ага, так я и поверила! Стой! – вдруг сообразила я. – Ты сказал, ее зовут Юля?

– Да, а что?

– Ты не врешь? То есть, я хотела сказать, ты уверен?

– Конечно, - удивился Кирюша. – Я ее с пятилетнего возраста знаю. Ну… Когда-то мы с ней немного… того, но все давно кончилось. Нет, Алла, серьезно. Мне с Мариной хорошо, я ее не брошу.

– Потому что он хороший. Ладно, - буркнула я, тщательно пытаясь скрыть радость, - мне-то что, хоть Юля, хоть Оля (“Лишь бы не Лена!”), хоть Иван Ефремович! Не бойся, я маме ничего не скажу. Радуйся жизни. И скажи ей, что у меня все в порядке.

– Слушай, а тебя менты искали. Ты чего натворила? – Кирюша по-прежнему говорил почти шепотом, но голос его звучал уже не испуганно-умоляюще, а просто с любопытством.

– Да ничего особенного. Ограбила швейцарский банк, - ляпнула я и положила трубку.

Так… Значит, Кирюша здесь ни при чем. (“Если, конечно, не врет!” – с настойчивостью паранойи бубнил какой-то внутренний зануда, похожий на мигающую точку тревожной сигнализации в уголке экрана). Уже лучше. Значит, та девица, которую я встретила в тупике, не Ладынина. Просто Кирюша заметил меня в магазине и сказал ей, кто я. А потом мы с ней случайно столкнулись. Может, она живет рядом. И она поспешила уйти, сказав первое, что пришло в голову. Наверно, испугалась, что начну выяснять отношения.