– Я в этом не уверен, – ответил я.

Они вновь переглянулись. Рот Прокейна превратился в узкую полоску, глаза сузились, и что-то случилось с его подбородком. Он стал куда тяжелее. Впервые я увидел в Прокейне вора. Причем совершенно безжалостного.

– Не сочтите за труд объяснить ваши слова, – процедил он.

– С удовольствием. Я с вами, как и говорил Уайдстейн, но согласен делать лишь то, за что мне платят. Если кого-то застрелят, не надейтесь, что я заменю шофера или помогу нести деньги, или буду прикрывать ваш отход. Я – просто наблюдатель. А если мне покажется, что меня могут убить, я тут же сбегу. Другими словами, не рассчитывайте на мою помощь.

На губах Прокейна вновь заиграла улыбка.

– Мы и хотим, чтобы вы внимательно следили за ходом событий, но ни во что не вмешивались.

– А иначе вы можете нам помешать, – добавил Уайдстейн.

– Ну и отлично. Где вы намерены взять деньги и когда?

– Как я упоминал ранее, операция назначена на завтра, – ответил Прокейн. – Надеюсь, вы понимаете, почему мне не хочется вдаваться в подробности?

– Чтобы я не продал их за кругленькую сумму.

– Я уверен, что вы этого не сделаете.

– Но не хотите и рисковать.

Он улыбнулся.

– Разумеется, нет.

Я тоже улыбнулся. Мы понимали друг друга с полуслова.

– Тогда скажите, куда мне завтра прийти и в какое время?

На мгновение он задумался.

– Приходите сюда. Что-нибудь около полудня.

– Прекрасно. Что-нибудь еще?

Он взглянул на Джанет Вистлер. Та покачала головой. Прокейн встал и протянул мне руку.

– Я рад, что вы с нами, мистер Сент-Айвес. Очень рад.

Мы обменялись рукопожатием.

– До завтра, – сказал я.

– Мистер Уайдстейн отвезет вас домой. Ему все равно ехать в ту сторону.

– Отлично.

Попрощавшись с Джанет и Прокейном, я вместе с Уайдстейном вышел на Семьдесят Четвертую улицу.

– Я думаю, что вы псих, – сказал он, когда мы отъехали от тротуара.

– Потому что согласился?

– Потому что согласились выслушать его.

– Но почему?

– Вполне возможно, что завяжется перестрелка и кого-то убьют. Значит, вы станете соучастником убийства.

– Разве стрельба входит в планы Прокейна?

– Нет. Он никогда не стрелял. Во всяком случае, в человека.

– Так почему он должен изменить своей привычке?

– Потому что ему не оставят другого выхода.

– Он должен предусмотреть и такую возможность.

– Он предусмотрел все.

– Создается впечатление, что вы хотите отговорить меня.

– Нет, я стараюсь показать, что вы должны быть готовы ко всему, – он помолчал. – К любым неожиданностям.

– А как насчет тех, кто собирается украсть миллион и возложить вину на Прокейна? Чем они будут заниматься все это время?

– Следовать плану Прокейна.

– Каким же образом?

– Их вероятные действия – часть общего плана.

– И вы не можете рассказать мне о них?

– Совершенно верно.

– Тогда скажите мне, как он составляет свои планы? С помощью компьютера?

– Он пользуется более совершенными методами.

– Какими?

– Своей головой.

Прошло несколько минут, прежде чем я прервал затянувшееся молчание.

– А что вы собираетесь делать со своей долей? Уйти на заслуженный отдых в двадцать четыре года?

– В двадцать шесть, – поправил меня Уайдстейн.

– Вы не ответили на мой вопрос.

– Рано думать об отдыхе, имея всего двести пятьдесят тысяч.

– Где он нашел вас?

– Прокейн?

– Да.

– В канаве, – Уайдстейн усмехнулся. – В девятнадцать лет я закончил Стэндфордский колледж. В двадцать три оказался в канаве.

– Наркотики?

– Нет.

– Женщина?

– Вы слишком романтичны. Спиртное.

– И куда оно завело вас?

– Очень далеко. Чуть ли не до белой горячки. Прокейн подобрал меня где-то в Грин Виллидж и привез к себе.

Я недоуменно покачал головой.

– Вы не верите?

– На Прокейна это не похоже.

– Он искал меня. Или такого, как я. Эту идею ему подкинул психоаналитик.

– Когда-нибудь я с удовольствием побеседую с ним.

– Он сказал Прокейну, что из смышленого, бросившего пить алкоголика может получиться превосходный вор. Прокейн хотел, чтобы он, к тому же, был и молодым. Так он нашел меня.

– Но как я понимаю, в канаве вы валялись мертвецки пьяным?

– Да, но я чувствовал, что пора завязывать. Или мне казалось, что я это чувствую. Я жил у Прокейна полгода. Он начал учить меня своим методам. Еще через три месяца я напился.