Детективы переглянулись, и Дил картинно пожал плечами.

– Никогда о нем не слышал.

– Он богат? – спросил Оллер.

– Пара-тройка миллионов у него найдется.

– Если бы Франн попытался вытрясти из него несколько тысяч, мог бы он расстроиться до такой степени, чтобы ткнуть того ножом?

– Нет, – я покачал головой, – Подозревая его, вы только потеряете время.

– С вашего разрешения, мы сами решим, кого следует подозревать в убийстве, а кого – нет, – сухо улыбнулся Оллер.

– Разумеется, – согласился я.

– Вы, вероятно, сможете сказать нам, где вы были после двух часов дня?

– Здесь.

– Один?

– В основном, да.

– Кто еще был с вами?

– Во-первых, Франн.

– А во-вторых?

– Во-вторых, женщина.

– Мы хотели бы знать ее имя, – сказал Оллер.

– Я думаю, оно вам не потребуется.

– Примите к сведению, Сент-Айвес, нам наплевать на то, что вы думаете.

– Я рассказал вам все, что знал. Даже назвал имя моего клиента. И больше никого не буду впутывать в это дело. Даже если вы официально предъявите мне обвинение в убийстве.

– Он у нас настоящий джентльмен, не так ли, Френк, – хмыкнул Оллер. – Вам известен телефон Прокейна?

Я продиктовал номер.

– Он дома?

– Скорее всего, да.

Дил подошел к телефону.

– Инспектор Дил из отдела убийств, – представился он, когда на другом конце провода сняли трубку, – Мы хотим поговорить с вами, мистер Прокейн. Наверное, Сент-Айвес сказал вам, по какому поводу, – несколько секунд он внимательно слушал. – Мы будем у вас ровно в десять, – он положил трубку и повернулся ко мне.

– Мы занялись этим делом, Сент-Айвес, так как уверены в том, что оно связано с убийством Бойкинса. Но Франн не просто какой-то воришка. Он – полицейский. На этот раз у нас будет много помощников, потому что полицейские не любят, когда убивают кого-то из них. Вы понимаете, что я имею в виду?

– Конечно.

– Так вот, если вам известно что-нибудь о Франне или его возможном убийце и вы забыли упомянуть об этом, а потом выяснится, что вы рассказали нам не все, вас ждут неприятности. Серьезные неприятности.

На мгновение я задумался.

– Я рассказал вам все.

– Но вы по-прежнему не уверены в том, что он собирался шантажировать Прокейна?

– Он не говорил мне об этом. Но сказал, что Прокейн, по его мнению, хотел бы знать, кто принес дорожную сумку с эмблемой «Юнайтед» в мужской туалет аэровокзала. Мне показалось, что он намеревался содрать пару тысяч с этого парня. Но, может быть, он расследовал убийство Бойкинса совсем по другой причине.

Оллер и Дил остановились на полпути к двери и оглянулись.

– По какой же? – спросил Дил.

– Ему надоело ездить на мотоцикле.

Прокейн позвонил около полуночи.

– Как прошла встреча? – спросил я.

– Неплохо. Они вели себя очень тактично.

– Они спрашивали вас о Франне?

– Да. Знаю ли я его и говорил ли я с ним.

– И что вы ответили?

– Я сказал, что никогда о нем не слышал.

– Они вам поверили?

– Вроде бы, да.

– Вы рассказали им о журналах?

– Я сказал, что это личные документы, и я не хотел, чтобы они попали в чужие руки. Поэтому и выкупил их у вора.

– Они не просили разрешения взглянуть на них?

– Нет, но упрекнули меня в том, что я сразу не обратился в полицию. Тогда я бы смог сэкономить эти сто тысяч.

– Долго они были у вас?

– Почти два часа. Они только что ушли. Они осмотрели дом и сейф.

– Они собираются встретиться с вами еще раз?

– Да. Я предупредил их, что завтра меня не будет, но они не возражали, потому что завтра у них выходной. Или уже сегодня? В среду.

– И ваши планы остаются без изменений?

– У меня нет другого выхода, мистер Сент-Айвес, – в голосе Прокейна слышались стальные нотки.

– Вероятно, вы правы.

– Надеюсь, вы не передумали? – спросил он после короткой паузы.

– Мы должны встретиться у вас?

– Да, сегодня в полдень. Вы придете?

Я ответил не сразу, потому что мне пришлось перебрать три дюжины причин моего отказа, чтобы выбрать наиболее убедительную.

– Я буду у вас ровно в двенадцать, – услышал я голос, который, казалось, принадлежал не мне, а кому-то еще.