Юра достал из борсетки брелок с ключом и квакнул автомобильной сигнализацией.

— Как славно с чувством поговорить о ГУЛАГе, а потом сесть в «форд-фьюжн» и промчать по улицам Петербурга, — заметил Макс, откидываясь на спинку заднего сиденья рядом с Майей.

Промчать не удалось: наступило время пробок.

— Доступные автокредиты — проклятие городских дорог, — ворчал Юра, плетясь в хвосте безнадежной очереди. — Каждый менеджер считает своим долгом купить машину, каждый! Плевать, что денег нет, в кредит возьму. «Матиз», «Оку», ржавую пятерку — без разницы, лишь бы ездила. Накупят, черти, потом не проехать.

— Менеджеры совсем другого мнения, — вступилась Майя. — Сейчас нормально девушку спросить: «Почему ты еще без машины?»

— Пусть бы тогда гаражи купили, поставили в них свои ведра и не выезжали оттуда. Водить не умеют, но все равно на дорогу лезут. Им тут что, медом намазано? Куда ты прешь, тупорылый?! Козлина ты безрогая… Ненавижу дебилов, которые мешают жить себе и другим!

Под его бурчание добрались до компьютерного центра. Юра нашел место припарковаться, и они вошли в зал, мигающий десятками мониторов.

— Что посоветуешь? — негромко спросил Макс, когда подруга застряла поодаль возле особенно понравившегося ноутбука. Надо ли говорить, что на рабочем столе помещалась картинка с котиком?

— Что тебе надо? — прикинул Юра. — В Интернет лазить, фильмы смотреть. ЖЖ завести. Залезть в хохлосферу и развести хохлосрач. Игры, полагаю, тебе не нужны, и лучше бы с ними не связываться. Возьми за пятнадцать вот этот. Его, если что, бросить не жалко. Купи только к нему радиомодем для работы. Домой линию тянуть и с нее выходить работать — это палево. Пусть трафик дороже, зато безопасно. Кроме того, с сотовым модемом можно в Сеть и из машины входить.

— А у тебя есть такая штука?

— У меня коммуникатор, — похлопал Юра по борсетке.

«Пошел я на нерест», — подумал Макс, шелестя купюрами возле окошечка кассы.

Тут же в магазине подключили модем. Проверили, показали. Юра покивал, мол, все нормально. Из компьютерного центра Макс вышел, нагруженный коробками. Весенний ветер дунул ему в нос ароматом оттаявшего города, воли и новизны.

Жизнь менялась, и менялась быстро.

Интернет широко знакомит нас с общественным невежеством. Людям свойственно тянуться к близкому по духу и понятному, поэтому самые дурные вопли в ЖЖ находят самый горячий отклик, и их невозможно унять, ведь там, где торжествуют эмоции, разум бессилен. Благодаря доступности сформированное в Сети мнение проникает в народ и поселяется в головах, достаточно для этого пустых.

Предрассудки, ранее с трудом проталкивающиеся через газету и со скрипом пролезающие сквозь экран, с появлением Интернета получили невиданный простор. Компьютер есть почти в каждом доме и, в отличие от телевизора, позволяет выбирать не только между навозом и жемчугом, но и разбираться в мельчайших оттенках навоза.

Макс утонул в Интернете. Юра зарегистрировал ему почтовый ящик, настроил Outlook, ознакомил с ЖЖ и убыл восвояси. Верещагин предался веб-серфингу. Перескакивал с сайта на сайт, один другого завлекательнее, и оторвать его не могло даже настойчивое шипение Майи. Макс пробовал затянуть подругу в Сеть, но ей быстро наскучило.

Макс теперь и сам не понимал, почему никогда не интересовался компьютером. Удивительная виртуальная вселенная существовала рядом, попасть в нее было совсем несложно: зайди в магазин да купи недорого комп или укради у кого-нибудь, — но доселе не было в том нужды. Верещагин слишком привык общаться с людьми, чтобы соблазниться вымышленными объектами. Сыграло роль и отсутствие проводника в мир иллюзий. Но теперь в жизни мошенника появился человек, который личным примером увлек новичка в этот гибельный рай. Макс больше не считал, что Интернет — забава чисто для лохов, а настоящие пацаны должны играть в бильярд и карты. Он уверился в том, что иметь компьютер должен каждый достойный человек.

Людям свойственно не замечать перемены в себе, а Верещагин здорово изменился за праздную зиму, но больше всего — за последние несколько дней.

Юра не тревожил компаньона, понимая, что ему надо наиграться; сам съездил в типографию и забрал заказ. Он объявился на пороге, когда Макс с розовыми после бессонной ночи глазами выслушивал от Майи порцию яростных упреков, мол, совсем оставил без внимания, лучше бы с лупой над кляссерами сидел.

— Не пора ли нам пора? — Юра выложил на стол пачки визитных карточек. — Печать готова, надо открывать счет. Что вы по этому поводу думаете, товарищ главный бухгалтер?

Майя, которую впервые в жизни назвали главным бухгалтером и, тем более, товарищем, опешила. Зато Макс воодушевился:

— Да только в путь! Давай, дорогая, приоденься как канцелярская мышь, попудри носик, нас ждут великие дела.

Майя, довольная тем, что наваждение проклятого компьютера сгинуло, на удивление удачно подобрала в своем вовсе не канцелярском гардеробе наряд, соответствующий расхожему дресс-коду. Макс влез в менеджерский прикид, взял кожаный бювар и посмотрелся в зеркало. Оттуда на него глянул деловитый лох, которого сразу захотелось развести на всю наличку. Макс подмигнул себе. Менеджер из зеркала послал такую прохиндейскую гримасу, что Верещагин решил на людях от подмигиваний воздерживаться. Друзья проверили липовые паспорта, сунули в бумажники визитки, а в карманы — левые мобилы и двинулись в путь.