— Почему? — спросил Ллойд. — Он был поврежден?

— Нет, — продолжал Глинн. — На нем ни царапинки. Я издал строжайший приказ обращаться с ним как с опасной вещью. Теперь, если доктор Макферлейн прав, мы знаем, что он реально опасен. Нам необходимы дополнительные меры предосторожности при погрузке его на судно. Но приходится торопиться. Здесь оставаться дольше, чем совершенно необходимо, тоже опасно.

— Не нравится мне это. Вы должны были предусмотреть всякие предосторожности еще до выхода из Нью-Йорка.

Макферлейну показалось, что глаза Глинна сузились до щелочек.

— Мистер Ллойд, этот метеорит опроверг все наши предсказания. Мы сейчас вне параметров первоначальных исследований ЭИР. Такого никогда прежде не случалось. Вы знаете, что это обычно означает? Мы сворачиваем проект.

— Это не выход, черт возьми! — закричал вдруг Ллойд, но прием был таким слабым, что Макферлейн должен был прислушиваться, чтобы услышать. — Я не хочу даже говорить об этом. Вы меня слышите? Глинн, вы затащите камень на судно и привезете его домой.

Радио резко выключилось.

— Он прервал передачу, — сказал Гарса.

В домике стало тихо. Все взоры обратились к Глинну.

У него за спиной Макферлейн видел Рокко, по-прежнему занятого своей жуткой работой. Рукой в перчатке он держал кусок черепа с висящим из него глазным яблоком, державшимся только на ниточке нерва.

Рейчел вздохнула, покачала головой, медленно поднялась со стула.

— Итак, что нам делать?

— Пока помочь нам снова запустить электростанцию. Когда у нас будет источник энергии, вы двое вплотную займетесь вашей проблемой.

Глинн повернулся к Макферлейну.

— Где перчатка Хилла?

— Вот здесь.

Макферлейн устало дотянулся до рюкзака, вытащил запечатанный мешочек и показал его.

— Это кожаная перчатка, — сказал Гарса. — Строительная бригада пользуется перчатками из гортекса.

Наступило молчание.

— Мистер Глинн!

Голос Рокко был таким резким, удивление в нем таким явным, что все посмотрели на него.

Он держал в руке обезображенный череп прямо перед своим лицом, производя жуткое впечатление.

— Да, мистер Рокко.

— У Фрэнка Хилла были карие глаза.

Взгляд Глинна метнулся от Рокко к черепу, потом обратно. На лице читался немой вопрос.

Подняв вторую руку, Рокко манжетой рубашки дочиста вытер висящий глаз.

— Это не Хилл, — сказал он. — Этот глаз голубой.

Остров Десоласьон

0 часов 40 минут

Глинн замер, завороженный видом глаза, болтавшегося на нитке нерва.

— Мистер Гарса, — сказал он необычайно спокойным голосом.

— Сэр?

— Соберите людей. Найдите Хилла. Используйте щупы, тепловые датчики.

— Слушаюсь, сэр.

— Будьте настороже. Опасайтесь ям-ловушек, снайперов. Не исключайте ничего.

Гарса исчез в ночи. Глинн взял у Рокко вырванный глаз и повертел в руках, пристально разглядывая. Макферлейну подумалось, что Глинн изучает его, как редчайшую вещь из тонкого фарфора. Тем временем Глинн подошел к столу, где лежали части тела, еще не уложенные в морозильный ящик, и пробормотал:

— Посмотрим, что у нас здесь.

Макферлейн наблюдал, как он стал в них копаться: вынимал кусок, внимательно рассматривал и клал обратно, брал другой, словно покупатель, выбирающий кусок мяса в супермаркете.

— Блондин, — сказал он, поднеся к свету волосок.

Потом стал собирать останки головы.

— Высокие скулы… короткая стрижка… нордические черты.

Затем принялся тщательно обследовать остальное.

— Татуировка «мертвая голова» на правой руке… Молодой, по-видимому, лет двадцать пять.

Его осмотр длился минут пятнадцать, и за это время никто не произнес ни слова. Наконец он выпрямился и подошел к раковине вымыть руки. Воды не было. Он стряхнул с рук то, что к ним прилипло, и вытер руки полотенцем. После этого Глинн стал ходить по домику взад-вперед.

Неожиданно он остановился. Было похоже, что Глинн принял решение. Взял со стола рацию.

— Томсон?

— Да, сэр.

— Что там с генератором?

— Бриттон доставляет его сама. Она не хочет рисковать своей командой. Она сказала, что Брамбелл прибудет, как только это будет безопасно. Шторм к утру должен стихнуть.

Рация просигналила вызов, и Глинн переключил частоту.

— Нашли Хилла, — кратко сообщил Гарса.

— Да?

— Он был закопан в сугроб. Перерезано горло. Очень профессиональная работа.