Шрифт:
— И что? — пошевелил усами Уголек.
— Я прошу тебя не делать этого. Не ради нас, — добавил Львиносвет, — а ради Грозового племени. Его судьба сейчас в твоих лапах.
Уголек тяжело вздохнул.
— Не трать время попусту, взывая к моей верности племени, — прорычал он. — Белка уже говорила мне о том же, но я прогнал ее. Я сказал ей то же, что сейчас говорю тебе — меня ничто не остановит!
Золотая шерсть на загривке Львиносвета встала дыбом. Он выпустил когти и угрожающе зашипел:
— Я могу победить тебя в схватке!
В тот же миг на лапах Уголька зловеще сверкнули когти, а глаза превратились в два осколка синего льда.
— Попробуй! — оскалился он, но тут же втянул когти. — И ты решишься на это, благородный Львиносвет? Посмеешь напасть на своего товарища-воителя? Нет, у тебя не хватит духу рискнуть своим положением в Грозовом племени!
Презрительно фыркнув, Уголек повернулся и пошел прочь, но через несколько шагов остановился и посмотрел через плечо на Львиносвета.
— Ты, как и все мы, связан Воинским законом!
— И этот закон позволяет тебе предавать свое племя? — крикнул Львиносвет, но Уголек больше не обернулся.
Львиносвет молча смотрел ему вслед. Что же делать? Нельзя позволить этому коту отнять все, ради чего живет и сражается Грозовое племя — все, ради чего живет и сражается он сам.
— Возможно, я не настолько связан Воинским законом, как ты думаешь, — угрожающе прошипел Львиносвет.
Глава XXV
Воробей тихо лежал на своей подстилке в палатке целителей и ждал, когда придет сон. Львиносвет рассказал ему о своем разговоре с Угольком и о том, что серый воин отверг его просьбу и мольбы Белки.
«Раз это не помогло, надо попробовать по-другому», — думал Воробей.
Широко зевнув, он глубже зарылся в мягкий мох. Потом представил себе, как пролезает сквозь ежевику, выбегает в лагерь и тихо входит в воинскую палатку. Бесшумно скользнув между спящими воителями, он остановился над серым Угольком.
Мысленно Воробей расчистил себе лапами местечко рядом, свернулся рядом со спящим и приноровился к его дыханию.
Вскоре ветерок пробежал по его шерстке, и он очнулся в лесу, неподалеку от границы племени Теней. Уголька не было видно, но лес почему-то выглядел незнакомым. Запах племени Ветра заставил Воробья вздыбить шерсть в ожидании схватки, он выпустил когти и замер, прислушиваясь к тишине.
Ветер пригибал траву к земле, со свистом гнал палую листву. Воробей прыгнул на сухой листок и с наслаждением смял его в лапах. Это было редкое удовольствие, ведь только во сне он обретал зрение и мог играть с листвой, как всякий обыкновенный кот.
«Ты уже большой!» — строго напомнил он сам себе.
В тот же миг он услышал чьи-то тихие шаги в траве. Вот высокие стебли папоротника раздвинулись, и на поляну вышел Уголек. Увидев Воробья, он остановился, как вкопанный.
— Что ты здесь делаешь?
— Могу задать тебе тот же вопрос, — хмыкнул Воробей и подошел, чтобы смахнуть сухой листик с плеча Уголька.
— Ты видишь? — распушился серый воин.
— Ну да. Это ведь твой сон, Уголек. Разве ты забыл?
Серый воин попятился назад, в глазах его промелькнула тревога.
— Но почему мне снишься ты?
— Потому, что я хочу поговорить с тобой подальше от посторонних ушей. Здесь тебе придется выслушать меня.
— Я не собираюсь слушать никого, а уж тем более жалкого калеку, годного лишь на то, чтобы собирать травы! Кроме того, я и так знаю все, что ты скажешь. Ты собираешься умолять меня промолчать на Совете, верно? Тогда побереги силы. Я скажу все, что хочу сказать. Эта лживая кошка будет изгнана из Грозового племени, и ни один воитель о ней не пожалеет!
— Об этом пожалеешь ты, Уголек, — сощурился Воробей.
Серый воин угрожающе шагнул к целителю, синие глаза его потемнели от гнева.
— Ты грозишь мне? Да я могу одним ударом сломать тебе шею!
— Попробуй, — усмехнулся Воробей. — Ты не забыл, что это сон?
На миг Уголек смутился, но потом свирепо взмахнул хвостом.
— Да, это сон. Это все лишь мои собственные мысли и фантазии. Но я все равно не собираюсь тебя слушать.
— Предупреждаю тебя, Уголек, — очень серьезно сказал Воробей, не сводя взгляда с горящих глаз своего соплеменника. — Я целитель, и сейчас моим голосом с тобой говорит само Звездное племя. Если ты сделаешь то, что задумал, тебе придется горько раскаяться.